Вторник, 25 Июня 2019 г.
Духовная мудрость

Оптинский старец Нектарий о влиянии запада
Нам надобно, оставя европейские обычаи, возлюбить Святую Русь и каяться о прошедшем увлечении во оные, быть твердым в Православной вере, молиться Богу, приносить покаяние о прошедшем.
Оптинский старец Нектарий о душепагубном влиянии запада

Свт.Игнатий об узком пути
Всегда немногие, весьма немногие, шествовали по узкому пути. В последние дни мира этот путь до крайности опустеет.
Свт. Игнатий (Брянчанинов)

Преп. Амвросий Оптинский о мудрости
"Будите мудры яко змия" (ср. Мф. 10,16). Змея, когда нужно ей переменить старую кожу на новую, проходит чрез очень тесное узкое место, и таким об разом ей удобно бывает оставить свою прежнюю кожу. Так и человек, желая совлечь свою ветхость, должен идти узким путем исполнения евангельских заповедей. - При всяком нападении змея старается оберегать свою голову. Человек должен более всего беречь свою веру. Пока вера сохранена, можно еще все исправить.
Преп. Амвросий Оптинский

Свт. Игнатий (Брянчанинов) о ереси
Вселенская Церковь всегда признавала ересь смертным грехом, всегда признавала, что человек, зараженный страшным недугом ереси, мертв душою, чужд благодати и спасения, в общении с диаволом и его погибелью... 
Свт. Игнатий (Брянчанинов)

Прп.Иустин о 8 соборе 3 (вост.папизм)
Первые четыре темы из десяти, выбранных для <всеправославного> собора, раскрывают именно стремление Константинополя подчинить себе всю православную диаспору – а значит, и весь свет! – и оставить за собой исключительное право давать автокефалию и автономию.
Прп. Иустин (Попович) о восточном папизме

В кулуарах

Кто духа Христова не имеет, тот и не Его: Кого можно считать воцерковленным человеком?
Про кого можно сказать, что он живет настоящей церковной жизнью? И что можно считать своего рода недовоцерковленностью и личным недохристианством? Отвечают священники...

Как мы незаметно для себя становимся богохульниками: Проблемы современного иконопочитания
Вспоминая событие, связанное с окончательной победой иконопочитателей над иконоборцами в 843-м году, поговорим сегодня о том, как мы, православные верующие, сами нарушаем положения догмата об иконопочитании, в иных случаях становясь самыми настоящими иконоборцами и осквернителями святых образов…

Мы боимся не того «конца света»: Подлинный Апокалипсис тихо происходит в наших сердцах
Понятие Апокалипсиса у нас стойко ассоциируется со страшными, катастрофическими событиями мирового масштаба. И все мы знаем о внешних признаках приближения вселенской катастрофы. Много о них говорим, обсуждаем это. Но есть и другие, куда более важные, сокровенные признаки. Господь говорит, что в последние времена «по причине умножения беззакония…

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



Архимандрит Мелхиседек Артюхин
Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная...: Редкое молитвословие – «Покаянный плач» сщмч. Серафима (Звездинского)
Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная...: Редкое молитвословие – «Покаянный плач» сщмч. Серафима (Звездинского)

Сщмч. Серафим, епископ Дмитровский, был замечательным богословом, строгим подвижником и вдохновенным молитвенником. В годы гонений он претерпел 6 арестов, тюремные заключения, выселки. Во время этих скорбных обстояний рождались молитвословия, бережно сохраненные его духовными чадами и в 2008 году изданные. «Покаянный плач», вошедший в сборник, был написан Владыкой еще до революции, в 1916 году.

Молитвословия архимандрита Серафима, 
составленные по руководству богослужебных книг 
(Октоих, гласы 1–8)

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Возстани! Воспряни! Что спиши? Конец ведь уже приближается, смутитися ты имаши! Возстани! Воспряни! От сна пробудись!

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Помни, помни всегда, что ожидает тебя час Господня Суда! Скорее же, скорее к Иисусу гряди, со слезами своими к Нему припади, греховные язвы Ему покажи, обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Грехи твои тайныя, мысли, от взоров сокрытыя, Бог назирает, Бог знает. Убойся! Покайся! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Уподоблю кому я тебя, злая творяшу всегда?

+ + +

Моление.jpg

Уподоблю ль блуднице тебя? Но та при Христову ногу со слезами сложила греха тяготу. Ты же... не плачешь, ко Христу не идешь, у ног Его слезы не льешь, блудницы ты хуже, ты хуже!

Мытарю ль уподоблю тебя? Но тот, во смирении перси бия, «Боже, будь милостив мне!» вопил, прощенье от Бога себе получил. Ты ж не смиряешься, не сокрушаешься, только гордынею ты надмеваешься, мытаря хуже ты, хуже!

Разбойнику ль я уподоблю тебя? Но тот, на кресте со Иисусом вися, возопил: «В Царствии Твоем помяни Ты меня!» Ты же, живя на земле, предаешься всегда нерадению зле, разбойника хуже ты, хуже!

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Уподоблю кому я тебя? Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Как люты деянья твои, сколь мерзки пред Богом они! Воистину, паче ты всех согрешила: очима своима лукаво взирала, слухом своим клеветам ты внимала, языком ты всех осуждала, корила, на ближняго в сердце ты злобу питала, грехом ты все тело свое запятнала...

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Убо что сотворишь? Ответ какой дашь? Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Се, покаяния время: покайся! Се, чиста деланья время: очнися! Се, время светлаго дня: светла соделай дела! Тьмы страстей ты бежи, злато уныния сон отжени, да Света Божественна будешь причастна.

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! В Божием слове читала ли ты, как верой, молитвой и доброю жизнию древле львы Даниил укротил? Веруй и ты, молись и трезвись, во Христа, как в броню, облекись! Видишь: демон коварный, как лев, рыкает, раскрыл уж свой зев, объять, поглотить тебя хочет. Веруй, молись и трезвись!

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Познай, познай, какого ты рода: дыхание уст Самого ты Бога! К отечеству ты зовешься нетленну: зачем же телу работаешь тленну? Как, скажи, неразумная, худшее побеждает всегда в тебе лучшее? Горния части еси! Тщися же горних ты достигати, а земнаго всего избегати.

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Все ты скорбишь, унываешь, от скорби покоя не знаешь... Воззри на терпение Иова: все козни, прилоги лукаваго, как прах, разлетались о твердость его. Сему ты ревнуй, сему подражай, в любых скорбях никогдаж унывай!

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Как мне не плакать, как о тебе не рыдать: ты доброе любишь, а злое творишь; ты зло ненавидишь, добра же бежишь. Рвешься ты к небу, стремишься все к Богу. На самом же деле ползешь по земле. Бывает, возникнешь, поднимешься... В порыве взлетишь ты горе. Потом же... еще глубже низринешься, глубже в греховной валяешься бездне... Как это страшно, тяжко как, больно!..

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Птице подобна ты, птице, попавшейся в сети!.. Враг эти сети расставил, грех тебя в сети запутал. О, обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Спишь ты все... спишь... И Божия света не видишь. Не видишь ты и своей наготы. Одежда белая, царская, Кровью Христовою купленная одета была на тебя при крещеньи твоем. Теперь же... посмотри на себя: одежду ты ту во что обратила? Греховною скверною ее запятнала, пороком ее разодрала... И лежишь ты... нагая! С Неба на тебя Господни очи смотрят, с Неба наготу твою Ангелы видят, а ты не стыдишься, спишь все и спишь!..

Обратись же скорей, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Какими слезами оплачу тебя? Рыданьем каким над тобой возрыдаю? Когда я над жизнью твоей размышляю, вижу — нет истины в ней, вся она злобы, лукавства полна, затмил ее тьмою своей сатана. Вижу — твой град бесовский полк окружает, вижу — греховный смрад сердце твое изсушает. И стала подобна ты древу засохшему!..

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Боюсь я, боюсь твоего посечения! Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, спаси Ты меня! Сердцеведче, помилуй меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Вспомни ты, вспомни Давида царя: к Богу молитвой усердной горя, от веждей своих отревая всяк сон, о двух грехах как плакал он! Вспомни! Как омочал он слезами постелю, как с плачем свое питие растворял, как злую, порочную волю постом он до праха смирял. Вспомни: с пеплом вкушал он даже и хлеб, отринув заботы, веселье и смех.

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Ты же тьмами грешила, слезы ж ни единой пролила, смеешься, не плачешь... Поста, воздержанья не знаешь. Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Время твое скончавается. При дверях последний исход... Недолго... Уже приближается и к Богу Судье твой восход. Пока не затворятся двери, покаянья скорей плоды принеси, обратись, возстени и зови: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Вспомни ты древняго Хама... Ему ты по жизни подобною стала: над отцом своим тот посмеялся и рабом стал у братьев скитаться. Убо что сотворишь, окаянная, страстей и грехов всех раба? Небеснаго ты не стыдишься Отца, Его оскорбляешь своими грехами, над Ним ты смеешься своими страстями...

О, обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Помнишь ты древняго Каина, убил как он, в зависти, Авеля? Ты и Каину стала подобна деяньми: сластолюбьем, грехами, страстями... Не иного кого — себя самое ты убила, благодать ты Божию в себе погубила...

О, обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Вспомни Иакова, вспомни Исава — воздержаньем Иаков первенство принял, невоздержаньем Исав старейшинство отдал. Смотри ж и учись: колико зло невоздержанье и коль велико воздержанье! От первого беги, второе бери... Беги подобия злу, подражай всегда лишь добру.

Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Скажи: рабой ты зовешься кого? — Бога. — Скажи: к чему ты забыла Его, Преблагаго, Премилостива? Слышишь... стучит Он к тебе? «Отвори, отвори скорей Мне!» Ты же двери пред Ним затворила. На погибель свою греху их открыла. Стала усердно греху ты работать... Рабой тебя Божией как же назвать? Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Видала ты труп разложившийся, добычу могильных червей, труп, всякого вида лишившийся, без плоти, без кожи — покрова костей. Труп страшный, зловонный... видала? Знай же: грехами своими, страстями своими этому трупу подобна ты стала. Где красота, скажи, твоя вышняя: смирение, кротость, любовь, чистота? Истлела, истлела во страсти она! И Божий образ все больше теряя, смердишь ты... тлеешь все... тлеешь... О, неужели навеки погибнешь!

+ + +

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Жутко как, страшно! Моли же, проси обновления у Христа Иисуса Безсмертнаго, во чрево нетленное вшедшаго. Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня! »

Душе окаянная, бедная, душе моя страстная, грешная! Опомнись, опомнись, что ты сотворила? Льстивым глаголам врага зачем ты так сладко внимала? Знаешь... льстивый от Бога украл ведь тебя, соделавши снедь для себя!

Обратись, возстени, возопий: «Сердцеведче, ущедри меня! Сердцеведче, помилуй меня! Сердцеведче, спаси Ты меня!»

О, лейтеся, лейтеся слезы, из очей моих лейтеся вы. Подобно слезившей блуднице, вы ноги Христовы омыть дайте мне. Обнять эти ноги... обнять и лобзать, плакать над ними... рыдать все... рыдать, к язвам пречистым устами прильнуть и их горячо-горячо целовать! О, лейтеся, лейтеся слезы, из очей моих лейтеся вы!..

О, горе мне... горе мне! Увы мне... увы мне! Как омрачился умом, как согрешил я Тебе: во мне, окаянном, самом жить восхотел Ты, Христе: Ты Кровью Своею меня напоил, в пищу мне Плоть Свою дал. Пришел, просветил, обожил, обновил... Что ж, окаянный, Тебе я воздал? За любовь Твою, ею же мя возлюбил, я, Господь мой, Тебе изменил... Сердцем моим от Тебя я отпал, сластью плотскою Тайны Твои оскорбил и Тебя от себя страстями прогнал...

О, Спаситель, Спаситель, мой Бог, Искупитель! Прости мне, прости и паки причастника Таин Твоих укрепи! Спаси мя, спаси мя, Господи, Боже мой! Гибну я, гибну я в пучине греховной! Страстей жестокая буря смущает меня, беззаконий тяжелое бремя погружает меня. Рукою помощи и крепкою рукою Твоею всесильною удержи меня, как Петра, над волнами греха.

Господь мой! Творец мой! Создатель мой! Царь мой! Услыши! Услыши! Мне тяжко, мне больно: я скован цепями — моими страстями; лежу на земли, нет силы, нет воли воспрянуть к Тебе! Разбей эти цепи, греховныя узы сними, покаяньем меня Ты свяжи, да славлю Тебя, хвалю, воспеваю, пою и ныне [и присно,] вовеки, всегда!

Господь мой! Творец мой! Создатель мой! Бог мой! Боюсь, боюсь Суда Твоего! Нет там свидетелей: без них обличаюся. Нет там судей: без них осуждаюся. Книги раскроются совестныя, мысли и чувства узнаются тайныя пред взором Твоим всепроницающим. Ничто не укроется, все обнажится... О, прежде чем пред Тобою предстану с содеянным мною, очисти мя, Боже! Спаси и помилуй! По деяньям безместным, прегрешеньям безумным вертепом разбойников стал я. Но Ты, в вертепе убогом рождейся, добродетельми храмом Твоим покажи мя! Умертвил, убил меня льстивый страстьми, но, о Жизнодателю, мертваго мя покаянием Ты оживи!

В самое сердце уязвлен оружьем страстей я тлетворных, поруган, низвержен, унижен, низложен, от повелений отторгнут Твоих животворных. Нет уже силы... Отчаянья ров совсем поглотить меня уж готов... Господь мой, Владыка, не презри! Обращенья былием меня исцели! Прости мне, помилуй, спаси! О, что сотворю, Христе мой, Царю! Закон Твой — Небесный, святой, отверг я, безумный, я грешный, преступный, отверг... и боюся Суда Твоего! Помилуй, помилуй, молюся, помилуй раба Своего!

Ночь греха безотрадная. Ночь глубокая, темная, мрачная мысль мою, ум мой окутала, в сердце, в душу проникла. И темно... темно кругом. И совесть заснула тяжелым уж сном... О, мое Солнце, Христе, свет возсияй покаяния мне, зол моих ночь прогони, всего меня светом Твоим озари!

Древнему безумцу подобясь фарисею, вознесся высоко я мыслью своею, надмился, кичился, гордился и, о, как жестоко, как люто ниспался! Окаянный! Лежу теперь долу, и за пылью греховною умному взору Тебя уж, Сладчайшаго Света, не видно... И злостно-презлостно, зря это, льстивый надо мною смеется, о паденьи моем веселится. Спасителю, Царю мой Христе, смиривый врага на Кресте, смирившася ныне ущедри меня!

Братья! Земля у нас есть драгоценная, нами забытая, нераспаханная — сердце, земля та зовется! Ея умиления дождь не орошает, и засыхает она... засыхает... Терновник колючий, волчцы уже в изобилье на ней возросли. Выходят оттуда хулы, рвение, зависть, татьбы, гнев, вожделение, всякая ненависть, грех всякий, всякая страсть...

Возьмемся ж за рамо Христова познания, им ниву сердечную вспашем. Засеем пшеницей ее покаяния, да правды плоды о Христе мы покажем.

Леность мою, нерадение враг увидел коварный. Подметил мое разслабленье, как змий подполз ко мне льстивый... Ядом злосмрадным, тлетворным своим всю душу мою отравил... Трех показался мне сладким, зло за добро я принял и... низко, как низко я пал!..

О, мой Господь, возставь, подними, причащением Таин Твоих Пречистых, святых, дорогих горечь греха услади, помилуй, помилуй, спаси! Спаситель! Христе мой! Te6e я молюсь: приди! Помоги: в суете я кружусь, ум мой разсеян, нечист и безплоден, сердце безчувственно, оледенело... О, как Петру, мне дай покаяние! Как мытарю, мне дай воздыхание! Слезы блудницы дай мне! Да велиим гласом взываю Тебе: Благий, Святый, Милосердный Боже, спаси! Боже, помилуй!

Се Жених грядет! Со свещами зажженными — деяньми добрыми — навстречу изыдем Ему. Светлый, царский уж виден чертог. Слышите... Сам Бог призывает к нему! Скорей же, скорее, одежды украсим верой, надеждой, любовью, молитвой, да доброй душою и чистой Спасителя Господа сретим.

Господь мой и Царь мой! Лжец я, обманщик какой пред Тобой: молитвою многой Тебе я служу, хвалебныя песни Тебе приношу, но... лишь устами молитву творю, только языком и песни пою. Ум же мой безместная мыслит, а сердце все бьется земным. О, мой Христе! Мою душу исправи, сердце и ум, уста и язык согласно направи на славу, мольбу, пенье, хвалу одному лишь Тебе!

Никому Ты не хочешь погибнуть, Милосердый Господь мой, Создатель, — всех падших Ты хочешь воздвигнуть, зовешь всех к спасенью, Спаситель. О, Боже мой, Боже, воззри: от грехов я, страстей погибаю! Приди же, приди... помоги — в скорби к Тебе я взываю!

Путь спасительный, крестный, путь тернистый и тесный, Ты, Господи, в Слове Своем показал мне, чтобы, идя тем путем, скорее достиг я к Тебе. Я же... путь тернистый оставил, на путь пространный, греховный, вступил. Иду... все иду, иду по нему... И остановиться уже не могу. К самым вратам подошел уже смертным... О, мой Господь! Моя Жизнь! Удержи! Удержи! Запрети мне идти по пространну пути, на путь Твой возврати, помилуй, помилуй, спаси! Христе... Христе мой... Царю!

Отверз глухому Ты некогда двери... Прошу... прошу... Тебя и молю: помилуй, заглох слух моей души, глаголам Твоим не внемлет она, Твоих повелений не слышит, глухая... О, слух мой отверзи! Была чтоб слышна душе Твоя воля святая, благая!

Суровою, страшной пустынею, Десницею крепкою, Вышнею, древний Израиль водим был, жгучею жаждой томим. Боговидец, великий пророк Моисей, из глубины души своей к Тебе, Господь, тогда воззвал... И Ты молитве его внял: повелел... сказал, — и в скалу жезлом он ударил. О чудо! Живая вода из скалы потекла... Потоки собой наводнила... Воду из камня Израиль ту пил и жгучую жажду свою утолил.

Господь мой! Господь мой! Создатель! Подобно как древний Израиль, пустыней суровой, безплодной иду я, жаждой греховной весь изнуренный, весь истомленный... О Боже, Спасителю мой! Ты — Камень живой, копьем, как жезлом, прободенный. И не вода лишь одна, но и Кровь истекла из ребра Твоего. О, этим безсмертным питьем изнывшую душу напой, да в сердце усталом моем восчувствую Твой я покой.

Без гроба — в гробу бездыханен лежу, грехами убитый, в могилу зарытый, зловонный, растленный, всеми презренный... Спаситель! Спаситель! Надежда моя, Ты мой Искупитель, дыхание, жизнь Ты моя! Дыханьем Твоим Ты меня оживи, как Лазаря, словом всемощным Твоим из могилы греха подними! Помилуй! Помилуй! Спаси!

Плачу я, сетую горце: какими очами воззрю на Христа моего, когда взойдет Он, как яркое солнце, в час последний Суда Своего! Взойдет и осветит всю душу мою, всякую тайну объявит, ничто от Него не сокрою, ответа от дел не имею... Вина моя тяжка... Молить уж не смею... Участь последняя горька... О, Господи, прежде Суда Страшнаго, прежде пожатия смертнаго, прежде осужденья конечнаго, скрежета зубовнаго, огня неугасимаго — помилуй! Помилуй! Спаси!

+ + +

Спас.jpg

Бесов полки ополчились на мя, в свои силки уловляют меня, низводят во адову пропасть. Уже раскрыла она свою страшную пасть, поглотить мою душу готова. Господь мой! Рукою Твоею всемопщою защити, сохрани, бесов отгони! Помилуй! Помилуй! Спаси!

О Господи, Господь мой, Создателю и Бог мой! Грешу я... грешу... Перестать не могу! Возстану — и снова лежу, снова усердно греху я служу... И нет от греха восклоненья, душе моей нет исправленья! Трех меня бьет, грех меня хлещет, бьет по сердцу, уму. Бьет по всему существу моему! Весь я в грехе, как в одежде какой! О, тяжко мне, трудно, Спасителю мой!

О, кто на суде судии не боится? Здоровья желая себе, врача кто когда сторонится? д я... и Тебя, Господь мой, боюсь и злу навсегда предаюсь. Хочу исцелиться я от греха и от Тебя убегаю, Врача... Господь мой, Спаситель! Мой Бог, Исцелитель! На немощь мою снизойди! Помилуй! Помилуй! Спаси!

На одре я лежу согрешений моих. Сном тяжелым я сплю... И глаголов Твоих свет померк для меня. Тьма непроглядная... мрак от очей моих скрыли Тебя. И подходит к душе коварный мой враг... О Господь мой, Господь мой, приди! Приди, подними, разбуди! Помилуй! Помилуй! Спаси!

О, окаянный и бедный я человек! Безсловесным, постыдным страстям усердно работаю весь я свой век. Нечистым мирским похотям я душу и сердце продал. На погибель мой ум от Тебя удалил, все дары я Твои в блуде разбросал, богатство Твое все иждил. О, скорее, скорее меня призови, как блудного сына прими. За милость Твою объятья Твои распростри. Помилуй! Помилуй! Спаси!

Заповедь всякую уничтожил я истинную, страх Твой отринул святой. Духом не нищ я, паче же гордый, и... слез не найти у меня. Не кроткий, задорный, гневливый, правды не жажду, не алчу. Милость... давно ее черствость изгнала. Чистоту мою похоть растлила... И не только поношений, гонений, злословий не выносит надменное сердце мое — нет! Но и от малейших каких замечаний, внушений тотчас в раздраженье приходит оно. Почему и боюсь я... трепещу, боюсь Суда Твоего; посему и молюся, прошу: спаси мя, помилуй раба Своего!

Дела, что я в житии совершил, суть люта... лукава... Всякую мерзость я пред Тобой сотворил... И стыжуся... стыжуся Тебя, Божия Слова, стыжусь: безсловесным скотам подобен по жизни я стал... О Боже мой, Боже, Христе мой, Христе, покаяние искреннее даруй Ты мне! Прииди! Помоги! Помилуй! Помилуй! Спаси!

О, что сотворю, что сотворю, какую мольбу я Тебе принесу!.. Скажу ли: прости! Но паче прощенья мои прегрешенья... Скажу ли: смилуйся — я человек! Но... паче грешил человека, как никтоже от века. Укажу ли на немощь моего естества... Но выше, выше естества грехопаденья мои! О, что сотворю, что сотворю, какую мольбу я Тебе принесу!..

Повешен Ты на Кресте, Царю мой... Царю мой, Христе, весь Ты изъязвлен, изранен. Паче сынов человеческих Ты обезчещен. Тихо... тихо склонилась глава... Очи закрыты... Сомкнуты уста... Длани святыя гвоздями прибиты... Железные, острые гвозди жестоко впились и в пречистыя ноги... И самое сердце Твое нещадно пронзило копье! От палицы в язвах чело все Твое и Кровь... драгоценная Кровь на проклятую землю струится... О, что ж за бесценную эту любовь, что воздам я Тебе, Царю мой... Царю мой Христе!

О, как хотел бы я плакать... плакать... Дабы прегрешенья мои слезами омыть и прочее время жизни моей в покаяньи скончать и Тебе, мой Господь, угодить! Но... увы! Враг меня льстит, враг меня кружит, тяжкою борет борьбою бедную душу мою... О Господи, прежде даже до конца я не погибну от врага, помилуй! Помилуй! Спаси!

В страстях я телесных весь погружен От Тебя, мой Царю, я грехом удален. Надежда моя исчезает, унынье ко мне подступает... О, Господь мой, Творец мой! Даждь ми умиление, злых отчуждение, жизни моей исправление. Приими мя, приими! Помилуй! Помилуй! Спаси!

Ветрилом усердия все мы вперимся, к пристани спасения все устремимся. Смелее, смелее, без всякой боязни: с нами ведь Кормчий — веленья Господни!

Пусть буря бушует и море волнует, свирепо пусть ветры шумят... Они корабля не потопят: с нами ведь Кормчий — веленья Господни! Смелей же, смелее, без всякой боязни!

Спасе мой Иисусе, Иже блуднаго спасый, Спасе мой Иисусе, плач блудницы приемый, Спасе мой Иисусе, воздохнувша от сердца мытаря оправдавый, и меня, полна всяка греха, согрешивша без числа, прости... прости... приими! Помилуй! Помилуй! Спаси!

О Господи, Свете мой, Господи, Радость моя, не отлучайся, побуди со мной, не покинь, не остави меня в тяжкой скорби моей! С Тобою и скорбь походит на радость, без Тебя же и радость — одна только скорбь! О Господи, свете мой, Господи, радость моя, побуди... побуди со мной!

О, Господь мой, Господь мой... Тишина моя, мир мой, покой!.. От бури жестокой, от бури греховной пришел я к Тебе... Устал... изнемог я в борьбе, и силы уж нету во мне! Бедная тонет ладья моя, тонет... О, верю: десница Твоя поддержит меня, спасет, защитит, сохранит!

О, Господь мой, Господь... Тишина моя, мир мой, покой!.. Снедает, Господи, душу мою, как вещь сухую, злобный огнь. Снедает и жжет, покою мне не дает. И знаю: будущий огнь за сие меня ждет. О, Господи Человеколюбивый, Господи Долготерпеливый, росою милости Твоей огнь сей Ты угаси! Помилуй! Помилуй! Спаси!

Крыла есть два: крыло одно — молитва, любовь — крыло другое. И чудо дивное: едва ты их себе возьмешь, как на земле уже не будешь. На высоту они тебя поднимут, на небеса с собою унесут.

В разбойники лютые впал я, Христе. От них я уязвлен, изранен, раздет... Раны гноятся... больно от ран мне, и... помощи нет... исцеления нет!.. О Спасителю, Врач мой, скорей покаянья вино и елей Ты, Всещедрый, Милосердый, на раны больныя и струпы возлей! О Боже, Царю мой Христе, как я предстану Тебе на грозном и страшном Суде, весь непотребен, весь грешен, весь скверен! Руки мои я к Тебе простираю, благость, любовь я Твою умоляю: пощади меня, Боже, прости! Помилуй! Помилуй! Спаси!

О, тихий мой Свете, Царю мой, Христе, по деяньям безместным скотам безсловесным стал я подобен, Тебе не угоден... О, образ Твой во мне святой Ты, Господь мой, обнови! Помилуй! Помилуй! Спаси!

Смоковницей безплодной стал я, Господь мой. Пожди... еще пожди... Не посеки... Слезами напой мою душу, да плоды принесу покаянья Тебе, Царю мой... Царю мой Христе!

Владыка и Боже Всещедрый, имиже веси судьбами страх Твой спасительный в сердце моем Ты устави. Дай, чтоб далеко от меня были деянья лукаваго. Дай возлюбить мне Тебя от всей души, помышленья всего, творить мне дай волю Твою благую, спасительную: Ты бо ведь Бог наш, милость Твою изливаешь на нас, Ты бо ведь Бог наш, рекий: «Просите — приимите!» «Аз, — глаголеши, Господи, — рех: вы есте бози». А я... бесам стал смех, праведным слезы... Ангелам плач... человекам попранье... себе сам палач, греху отдав себя на поруганье. Стал я воздуху скверна, земли и водам. Стал я хуже неверна, по деяньям своим и грехам.

О, увы мне... увы мне... Боже, Царю мой Христе! Согрешил, согрешил я, прости! Помилуй! Помилуй! Спаси!

Новый блудник я явился, скверно живя на земле, сластным стремлениям весь поклонился и.„ от Тебя удалился, Христе! О, помилуй! Помилуй! Воззови! И спаси!

О, безсовестный я: за плотския хотенья, чтоб услаждали меня, Твои, Христе, повеленья презрел я... отверг, на землю все их поверг! И... се боюсь мучения, пламеннаго трепещу томления! От негоже, Господи, мя избави, милость Твою мне пробави. Помилуй! Помилуй! Спаси!

Господи! Господи! Ни умиления нет у меня, ни источника слезнаго, чтоб оплакать себя, ни сокрушенья сердечнаго, ни мытарева смирения, ни блудницы, ни блуднаго во мне нет покаяния... О, туне помилуй унылаго! Туне ущедри! Прости и спаси!

____________________


Поделиться новостью в соц сетях:

<-назад в раздел

Видео



Документы

Душу может убить одна еретическая мысль: Свт. Игнатий (Брянчанинов) и «Школа молитвы» митр. Антония Сурожского (Блума)

Одним из популярных писателей о молитве в наше время стал известный английский митрополит Антоний Сурожский. Многотысячными тиражами выходит его книга под названием «Школа молитвы». Прочитав книгу, я обратил внимание на то, что она опирается скорее на опыт инославного вероисповедания, чем на святоотеческую...


Церковь выступила за права верующих: В Правовом управлении Московской Патриархии призвали к альтернативе электронно-цифровой системе учета

В Правовом управлении Русской Православной Церкви подчеркнули, что верующие граждане России должны иметь возможность пользоваться не только цифровыми системами персональной идентификации, говорится в комментарии юридической службы Московской Патриархии, опубликованном 11 июня, во вторник, на официальном...


Одолеть бесовщину!: Заявление Совета православной патриотической общественности в связи с событиями в Екатеринбурге

В нескольких городах России проведены акции против строительства храмов. Катализатором их стала кампания в Екатеринбурге, в ходе которой была варварски разгромлена законно возведенная строительная ограда, поднимались флаги «уральской республики», звучали лозунги, заимствованные у украинских майданщиков....


<<       >>   |  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
Фотогалерея
Полезно почитать

Возрождение – в единстве православного народа: Беседа с потомком Русских князей А.А. Трубецким о монархии и «кирилловичах»

...На монархию должна быть воля народа. Путь возрождения России в любом случае – в единстве православного народа. Мы не должны поддаваться ни на какие провокации, нападки и уловки со стороны тех, кто хочет нас разъединить – будь то церковный раскол, гражданский мятеж или внешнее вмешательство...


По всему видно, что время жатвы близко: Беседа с батюшкой из Русского Севера, отцом Борисом Прокофьевым

В нашу редакцию поступила заметка, в которой автор, священник из Коми, затронул важную дискуссионную тему подвига святого Царя Мученика Николая II. Мы решили связаться с батюшкой, и уже с первых слов общения стало очевидным наше единодушие по многим актуальным вопросам…


Сейчас важное время для судеб России и всего мира: Схиархимандрит Тит (Бородин) о произволении человека и народа

Сколько ещё есть человеков, которые желают быть верными Богу, жить по Его святой воле и заповедям, по православным традициям, “во всяком благочестии и чистоте” в Царстве Русском во главе с Царем православным? Сколько ещё тех, кто хочет сохранить в себе образ и подобие Божие?.. От этого зависят и дальнейшие...


Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Rambler's Top100