Религия

- это вера в Бога.

Религия

- всесовершенное учение, которое даровано людям Самим Господом.

Религия

является главной движущейся силой человеческой души к добру и любви.

Религия

- это знание с Небес. Оно не нуждается в дополнении или эволюции.
Религия
- совершенное понимание всего сущего с точки зрения не творения, но Творца.
Среда, 26 Июля 2017 г.
Духовная мудрость

прп.Амвросий о католицизме
Если бы католическое учение было право, то Всеблагий Господь не благоволил бы Антонию Римлянину переплыть на камне в православную сторону, в Новгород.
Прп. Амвросий Оптинский о католицизме

Митр.Иоанн о лжемиротворчестве экуменистов
Прикрываясь «благородной» целью «устранения межрелигиозной розни» и «воссоединения верующих в единой братской семье», теоретики экуменизма забывают упомянуть о главном: о том, что в таком «воссоединении» будет утеряна величайшая драгоценность – истина Закона Божия, погребенная под грузом человеческого лжемудрствования.
Митр. Иоанн (Снычев) о «миротворчестве»

свт.Серафим о Православии
Свято и неукоснительно храните нашу православную веру как в ее канонах, так и в ее догматах. Приспосабливайте не веру к своей жизни, а свою жизнь — к вере. От истинно православной веры черпайте все свое счастье.
Свт. Серафим (Соболев) о христианской жизни

Свт. Филарет о европе и России
Поспешим вполне воздать неотъемлемую славу Царю Небесному на земле, еще взирающей к вечному Востоку, еще не объятой мраком Запада, еще не примесившейся к новому смешению Вавилонскому!
Свт. Филарет Московский о России и Европе

Сщмч. Иларион (Троицкий) о Православии
Христианская жизнь возможна только в Церкви; только Церковь живет Христовой жизнью.
Сщмч. Иларион (Троицкий) о Православии

В кулуарах

Одержимые плотью: Деградация мира через феминизацию мужчин
Феномен метросексуализма, наряду с феминизмом, является важной частью широкого движения по разрушению семьи и подготовке общества к рабству. Для достижения этих целей всеми способами борются против мужчины, поскольку известно его огромное значение для семьи, а семьи – для общества...

Чтобы вся Россия, преклонив колени, со стыдом рыдала у Царского креста: Сборник стихов «Помолись за Россию с любовью»
Ты молись за Россию, молись,
Кайся, кайся, ведь больше нет скорби,
Чтоб Россия, где мы родились,
Вновь воскресла – молися с любовью.

Курить – бесам кадить: Раздражительность и тоска – следствие болезненности души от табакокурения
...Человеческой природе курить не свойственно. Дышать воздухом, есть, пить, спать - да. Но курить, отравляя свой организм ядом, дышать зловонным дымом - это требование греха, а не требование природы. "Успокоение" от курения - самообман, мираж. Это наркотическое успокоение будет источником мучений...

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



02.05.2017
«Достоверны ли жития святых?»: Житийная литература с точки зрения истории и веры Церкви

Поминайте наставники вашя,
иже глаголаша вам слово Божие:
и взирающе на скончание
жительства, подражайте вере их.
Евр. 13, 7

Перед каждым сознательно верующим и церковно ориентированным современным человеком рано или поздно встает вопрос о достоверности житий святых. До настоящего времени, насколько знаем, в нашей православной литературе он подробно не рассматривался. Что такое жития – басни, легенды, благочестивые вымыслы, набожные фантазии, как думают многие у нас и как воспринимают их чаще всего на Западе? Или в них содержится историческая истина? Может быть, это некий особый вид церковной беллетристики, религиозные повести известных и неизвестных церковных писателей, рожденные в благородном порыве к святости? Или же там описаны подлинные деяния, труды и чудеса реальных людей, поживших в подвиге и достигших духовного совершенства?

Мы постараемся ответить на этот вопрос на основании достоверных исторических фактов, а также векового церковного сознания – убеждений, традиций и преданий, имеющих для нас, православных христиан, значение объективных доказательств. Ибо мы веруем в то, во что верует Святая Церковь, и принимаем все, что она приняла и одобрила как святое, будучи сама святой и непорочной (см.: Еф. 5, 27), столпом и утверждением истины (см.: 1 Тим. 3, 15).


 «Достоверны ли жития святых?»: Житийная литература с точки зрения истории и веры Церкви

Святая Церковь, основанная Господом Иисусом Христом на земле, как историческое явление имеет свои начало и историю. В ее ограде спасалось и спасается безчисленное множество христиан, подвизались сонмы угодников Божиих, просияло немало великих мужей. Они оставили по себе столь глубокое наследие, что Церковь не могла предать их имена и подвиги забвению. Апостол Павел советовал первым христианам: Поминайте наставники ваша, иже глаголаша вам слово Божие: ихже взирающе на скончание жителства, подражайте вере их (Евр. 13, 7). Следуя этому священному завету, Святая Церковь еще с древнейших времен сохраняла и записывала воспоминания как о Христовой проповеди, искупительных страданиях, Крестной смерти и славном воскресении (святые Евангелия), так и о свершениях Святых Апостолов и их преемников. Первые жития – это книга Апостольских Деяний, повествующая о делах святых благовестников Петра, Павла, Варнавы и прочих. Вскоре после этого появились жизнеописания и апостольских мужей – священномученика Поликарпа, епископа Смирнского, святого мученика Иустина Философа, священномученика Климента Римского и иных. Между тем Церковь Христова сохранила память и о всех тех событиях из жизни Святых Апостолов, которые не отражены ни в Евангелиях, ни в Деяниях, ни в Посланиях, вошедших в новозаветный канон. Известно, что Апостолы совершили намного более описанного в Новом Завете. Разумеется, Церковь не могла относиться к памяти об их трудах, чаще всего венчавшихся мученической смертью за Христа, пренебрежительно. Как история помнит деяния великих Царей, полководцев и первооткрывателей, так и Церковь ревностно слагала в своем духовном хранилище свидетельства о подвигах князей Царствия Божия – Святых Апостолов, которые, облеченные Божественной силой, произвели величайший духовный переворот в истории человечества и тем обезсмертили свои имена не только на земле, но и на Небесах.

«Достоверны ли жития святых?»: Житийная литература с точки зрения истории и веры Церкви

Церкви Христовой не суждено было мирное и спокойное возрастание. На ее земном существовании отразилось предсказание Господне: Аще Мене изгнаша, и вас изженут (Ин. 15, 20). На протяжении всей своей истории и ныне Церковь была и остается воинствующей. Особенно яростным гонениям она подвергалась в первые три века своего бытия. Однако в этот бурный период Церковь не только не ослабела, но, напротив, значительно укрепилась, подобно дубу при сильных порывах ветра. В то время в ней воссиял великий сонм святых – многочисленных мучеников. Они отдали свои жизни за Христа, омылись страданиями от грехов, освятились в муках и запечатлели свою преданность Христу кровью, оставив нам примеры самоотверженной любви к Богу и к истине. Они явились настоящими героями и верными последователями Спасителя и Святых Апостолов. Подвигами и неустрашимым исповеданием веры мученики показали себя примерами служения Богу – как для своих современников, так и для будущих христианских поколений. Могла ли Церковь, еще с первых веков тщательно собиравшая сведения о своих лучших чадах, презреть эту любовь к себе мучеников Христовой веры? Напротив, ее стремление как можно больше узнать о столь возлюбивших Бога людях проявилось в тот момент с особой силой: ведь эти сведения были великим утешением и укреплением для верующих тех времен и назиданием для потомков. Большая часть житий мучеников была написана непосредственно в период гонений или в ближайшее к этому время. Поэтому они являются древнейшими повествованиями и имеют множество доказательств своей подлинности.

Укажем в первую очередь на важнейшее. Римские проконсулы и судьи, занимавшиеся судопроизводством, повелевали подробно фиксировать в специальных актах ход судебных процессов по делам святых мучеников и вообще всех подсудимых лиц. Эти судебные акты известны в науке как acta proconsularia, praesidialia, judiciaria. В них, согласно требованиям судебной процедуры, точно отражались все вопросы, адресованные святым мученикам, их ответы, а также мучения, которым они были подвергнуты. Сами acta proconsularia не сохранились. Но они использовались составителями мученических житий и зачастую даже переписывались дословно. Поэтому в некоторых повествованиях о мучениках лицо автора как бы совсем отсутствует, скрываясь за объективной истиной, почерпнутой из архивных документов. Известно, что христиане доставали эти ценные бумаги из римских судилищ, либо изымая их тайно, либо получая через друзей, либо, наконец, выкупая за дорогую цену у судебных чиновников. Можно привести следующий пример. В предисловии к житию святых мучеников Прова, Тараха и Андроника (память 12 октября; здесь и далее даты указаны по церковному календарю), осужденных на смерть при Диоклетиане в 304 году, составитель указывает, что приобрел судебные акты у некоего чиновника по имени Себаст за большие деньги и переписал их.

Римская судебная практика была такова: всем мученикам задавали типичные, по сути одинаковые вопросы, от всех требовали одного – отречения от Христианской веры, всех подвергали тем или иным мукам. Если святые не отрекались, их, как правило, увещевали и заключали в темницы, а в случае непоколебимого упорства, избив, осуждали на смерть. Этой неизменной римской практикой и объясняется то обстоятельство, что жития мучеников почти всегда однообразны и составлены будто по шаблону. Но для знакомых с формами римского судопроизводства это однообразие служит доказательством исторической подлинности таких повествований. А создавались они христианами или в качестве посланий от одной Церкви к другой, или как назидательные рассказы для укрепления в вере.

«Достоверны ли жития святых?»: Житийная литература с точки зрения истории и веры Церкви

Но не все мученические жития составлены на основании судебных актов. Многие были записаны со слов очевидцев страданий, друзей святых. Таков, например, случай мученика Феодота Анкирского (память 18 мая), житие которого написал его сподвижник и свидетель мук некто Нил. Автор жития святого мученика Понтия Римлянина (память 5 августа) – его сверстник и друг Валерий. О мученике Василиске (память 3 марта) поведал присутствовавший при его казни Евсигний, который и сам позже пролил кровь за Христа. Воспоминания о страданиях преподобномученицы Февронии Сирской (память 25 июня) также оставила их очевидица инокиня Фомаида. Подобным образом появились и жития святых Феодора Стратилата (память 8 февраля), Феодора Тирона (память 17 февраля) и иные.

Эти факты не позволяют сомневаться в достоверности изложенного в мученических житиях. Встречающиеся в них описания чудес не противоречат историчности событий. Напротив, эти истинные божественные чудеса, совершавшиеся силой Господней, являются историческими фактами. Если и в нашей повседневной жизни порой происходят необъяснимые вещи, то тем более они вероятны для необыкновенных обстоятельств мученических подвигов, когда, с одной стороны, требовалось укрепить святых страдальцев, а с другой – посрамить язычников, не веровавших в существование и всемогущество единого истинного христианского Бога.

Отметим и еще некоторые важные моменты, укрепляющие веру в истинность чудесных событий, отраженных в житиях мучеников. Сами языческие судьи иногда повелевали фиксировать не только допросы и все страшные пытки, в которых святые оставались непоколебимыми, но и сопровождавшие их чудеса. Так, в житии мученика Акакия сотника (память 7 мая) говорится, что долго, но безуспешно истязавший его воевода Вивиан приказал комментарисию (смотрителю тюрьмы, – примеч. пер.) описать все деяния святого, чтобы с этим подробным разъяснением отправить того к игемону (правителю области, – примеч. пер.) Флаккину во Фракию. Естественно, это письмо, свидетельствовавшее и о чудесах мученика Акакия, приписанных неверовавшими язычниками силе некоего тайного христианского волшебства, вероятно, было использовано при составлении жития угодника Божия.

Кроме того, почти все святые предавались на мучения и казнь публично, перед множеством народа, в среде которого находились и христиане – вот они-то и становились живыми свидетелями мук и чудес, сопровождавших страдальческие подвиги исповедников Христовых. Их воспоминания впоследствии служили достоверными источниками при написании житий.

Почитание мучеников в Церкви развивалось естественно. Благочестивые христиане забирали их тела и погребали с особыми почестями. Видя совершавшиеся Богом через них как прижизненные, так и посмертные чудеса, они с верой просили страдальцев за имя Христово о помощи и укреплении в вере, а вскоре начали возводить в их честь и храмы. Во многих житиях мучеников рассказывается, что верные, тайно посещая их в темницах, целовали их вериги, обвязывали раны и собирали капельки их крови на платки как святыню. Также в древнейших житиях описываются чудеса, происходившие с мученическими мощами.

Из наиболее ранних житий известно «Страдание Поликарпа» («Passio Polycarpi»), содержащееся в Послании Смирнской Церкви к Фригийской и упоминаемое древним церковным историком Евсевием (Церковная история. Кн. IV. Гл. 15). (Св. Поликарп принял мученическую кончину 23 февраля 156 года в царствование Антонина Пия (138–161)). Священномученик Дионисий Александрийский († 265) написал Послание к Антиохийскому епископу Фабиану, в котором подробно рассказал о гонениях в Египте при Декии (Евсевий. Указ. соч. Кн. VI. Гл. 41–42). Во многих письмах священномученика Киприана Карфагенского († 258) содержатся повествования об исповедниках и мучениках Северной Африки. К одним из самых ранних мученических житий относятся и свидетельства о святом Иустине Философе († 165; память 1 июня), признанные двумя древними историками – Евсевием и Никифором. У святого Иеронима Стридонского († 420) в его книге «De viris illustribus» («О знаменитых мужах») также собрано много житий мучеников. К числу древних принадлежит житие святых мучеников Карпа, Папила, Агафадора, Агафоника (память 13 октября) и иные.

Составленные во время и после гонений жизнеописания святых мучеников и исповедников вскоре начали объединяться благочестивыми лицами в особые сборники; так постепенно появлялись книги житий. В качестве первого опыта полного собрания известных повествований о мучениках можно отметить труды церковного историка Евсевия, достоверность которых не подлежит сомнению.

Книги с мученическими житиями настолько ценились в древней Церкви, что читались во время богослужений наряду со Священным Писанием. Примечательно, что Карфагенский Собор, запретивший в храмах чтение каких бы то ни было книг, кроме Священного Писания, постановил оглашать для наставления верующих жития мучеников во дни их памяти (см. правила 24 и 46). Еще одно интересное свидетельство на эту тему находим у святого Иеронима, который пишет о том, что неканонические книги предназначены «для назидания народа, а не для подтверждения авторитета церковных догматов».

О почитании, которым пользовались в древности сказания о подвигах и страданиях святых, можно судить по тому, что похвальные слова в их адрес содержатся в творениях великих Отцов Церкви. Так, святитель Григорий Нисский восхвалял жизнь мученика Феодора Тирона, святитель Иоанн Златоуст – мученика Вавилы, а преподобный Ефрем Сирин – преподобного Авраамия. Этот факт ясно свидетельствует о том, что Святые Отцы верили повествованиям о деяниях и чудесах прославляемых ими угодников Божиих и, следовательно, является еще одним доказательством их правдивости.

Архимандрит Серафим (Алексиев)

Источник: Журнал «Православный миссионер». № 1–2. София, 1943


+ + +

«ВСПОМНИ, ДУША МОЯ!..»

Вспомни, душа моя, жизнь и подвиги Святых Отцов и вздохни, и прослезись о своем нерадении. Поистине, Спаситель мой, как и сказал Ты: В доме Отца Моего обителей много (Ин. 14, 2). Много и рек, но текут они в одно море. Много и путей, но ведут они в один город. Поистине и добродетелей, душа моя, у Христовых угодников, как плодов у лозы, много, но вводят они в одно Царство.

Услышь же в подробностях снова, что скажу тебе, о душа моя. Вспомни того мужественного и терпеливого старца, который затворился в келье и не выходил оттуда лет двадцать и больше. Кроме того был прикован цепью, словно скот безсловесный, окован тяжким железом и ел только раз в день и то сухую пищу, и не умолкал язык его на молитве ни днем, ни ночью. И место, где стоял он на молитве, орошал своим потом. И ученик его также сидел на цепи, окованный тяжким железом, пока не протерлись бока его и не вытекло много крови. Ноги же его отекли и лопнули, и жидкость сочилась из них, так что жутко было смотреть. Ел же он только раз в день, и сильно иссохло тело его: только кости да жилы.

Вспомни, душа моя, Анастасия мниха, имевшего обыкновение всю церковную службу стоять, не двигаясь с места, и никогда не садиться. Ноги его одеревенели до пояса и затекли от стояния.

Вспомни, душа моя, Максима, Василия и Исидора юродивых. Земля чуть не трескается от мороза, они же – наги и босы, и голодны. Максим ни мороза, ни зноя не ощущал. Василий же, когда его спрашивали: «Как, отче, терпишь ты эту нужду?» – кротко отвечал: когда, мол, проголодаемся или захотим пить, или озябнем, следует терпеть, и даже если сильнее мучимы будем, все равно следует терпеть. И тогда начнут облегчаться болезненные тяготы. И так навыкнем терпению и прочим добродетелям. Исидор же говорил себе: терпи эту беду, душа моя, Царствия ради Небесного.

Вспомни, душа моя, великих постников: Моисея Боговидца, Илию Пророка, Николая Чудотворца, Памву Великого, Савву Освященного и Евфимия Великого. Сколько вкусили голода и жажды! Ты же совсем не хочешь голодать.

Вспомни, душа моя, великомученика Георгия и великомученика Иакова Персиянина; сорок мучеников Севастийских и великомучениц Ирину и Екатерину. Одному прибивали гвоздями к ногам сапоги, расплющивали его бревнами и раздирали крючьями. Другого же рассекали на части и урезали, словно лозу. Одни сподобились принять нетленные венцы в озере, других же нещадно истязали железом и изводили различными иными пытками. <…>

Вспомни, душа моя, Симеона Столпника и ужасные раны его, откуда выползали черви. Всю неделю он не ел, а свою долю хлеба отдавал нищим. Потом был изгнан из монастыря и вверг себя в колодец, полный разных гадов: аспидов, ехидн, змей и скорпионов. И даже гады разбежались от него. Вспомни также о его сорокалетнем стоянии на столбах. Он мок под дождем, летом сгорал от зноя, а зимой замерзал. И на других столбах стоял он. А едой его были моченая чечевица и вода. И была на ноге его рана, и черви сыпались из бедра его. Он же подбирал их, говоря: «Ешьте, что вам Бог дал». И стоял два года на одной ноге. А ты, душа моя, совсем не хочешь пострадать.

Вспомни, душа моя, Архиппа, иже в Хонех, шестьдесят лет не вкушавшего ни хлеба, ни мяса, ни вина и не омывавшего тело свое. Пищей же его были дикие травы, которые он варил и ел без соли. Но и их он ел только раз в неделю. И по необходимости трижды в неделю пил воду по три унции. Постелью же ему служили острые камни. Говорил он: «Не дай мне, Господи, порадоваться на земле ни единого дня за всю жизнь мою!» Изнуряя свое тело бдением, никогда не имея отдыха, пострадай, пострадай, душа моя! Хотя бы небольшому мучению подвергни себя, потому что поищешь потом и поплачешь, а не найдешь времени пострадать. <…>

О, окаянство наше и злые козни беса, противника нашего, омрачающего наши умы ничтожными заботами и безпечностью! Всегда слушаем и читаем священные книги и евангельские заповеди Христа, апостольские предания и Святых Отцов поучения, жития Святых Отцов и страдания мучеников – как спаслись; всегда читаем тропари и кондаки святым, славословия в их честь, а никогда не внимаем. Надеемся все спастись, а никогда не совершаем спасительных дел. Все желаем Царствия Небесного и грядущей радости, а никогда себя не заставляем и не заботимся. Все слышим, что телесный покой и вожделения ведут к мукам, а никак не избавимся от них. Все знаем, что плоть наша тленна, а никак не прекратим угождать ей. Все знаем, что смертны, а никогда не опечалимся, да еще и не бережем время, отпущенное для спасения. Хороним своих братьев так, словно не братья наши умирают, и сами живем, словно безсмертны.

Все мы слышим о нескончаемых муках, а ни разу не испугались. Все слышим, что настают уже последние времена и антихрист, а ни разу не ужаснулись. Все знаем, что пришествие Христово уже готово свершиться, а ни разу не встрепенулись. Словно не для нас написаны книги, словно не нас обличают, словно не мы слушаем и, читая, насмехаемся. О, помраченный наш разум! Воистину, званы все, а избранных мало. Но воспрянем же, постараемся и припадем к Господу Богу нашему, Ему же слава, и прежде бывшая, и ныне, и присно, и во веки веков.

Цветник священноинока Дорофея. Свято-Успенская
Почаевская лавра, 2008

Источник: Газета «Православный Крест», № 9 (177) (от 1 мая с. г.)





«Достоверны ли жития святых?»
ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ АГИОГРАФИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

&laquo;Достоверны ли жития святых?&raquo;: История развития агиографической литературыС течением времени гонения прекратились. Последуя совету святого апостола Павла, наиболее ревностные христиане ради спасения и духовного совершенства сами стали истязать и умерщвлять свои тела со страстями и похотями (см.: Гал. 5, 24). Так появились новые роды святых: преподобные – монахи, отшельники, и святители – храбрые и самоотверженные борцы за Православную веру против разнообразных ересей. В сонме первых особенно выделяются такие подвижники, как Антоний Великий (память 17 января; здесь и далее даты указаны по церковному календарю), основатель отшельнического монашества; Пахомий Великий (15 мая), основатель общежительного монашества; Павел Фивейский (15 января), обитавший в пустыне святого Антония; Аммоний Египетский (10 января); Макарий Египетский (19 января); Моисей Мурин (28 августа); Марк Отшельник (5 марта); а также некоторые жены-монахини – Мелания Римляныня (31 декабря), Исидора Юродивая (10 мая) и иные. Необыкновенная ревность по Бозе этих и многих других иноков, умерщвлением плоти, телесными трудами, подвигами поста, бдения и молитвы достигших безстрастия и получивших свыше дар чудотворения, стала предметом всеобщего удивления и почитания в Церкви. Великих аскетов-чудотворцев воспринимали и прославляли как святых еще при жизни. А после их смерти верующие записывали сведения об их деяниях и чудесах, и таким образом возник новый вид житий – преподобнические.

Источниками этих сочинений были свидетельства учеников святых, своими очами видевших их свершения. Так, о чудной жизни преподобного Павла Фивейского, чье житие написал святой Иероним Стридонский, мог поведать преподобный Антоний Великий, по откровению Божию обнаруживший его в пустыне. О самом же святом Антонии рассказал его ученик святитель Афанасий Великий, составивший пространное жизнеописание подвижника. (Перу святого Афанасия, вероятно, принадлежит и житие преп. Пахомия Великого – оба этих сочинения изданы на немецком языке в числе творений свт. Афанасия). Дивное житие святителя Епифания Кипрского (12 мая) изложили его ученики Иоанн Сарацин и Полувий; житие святителя Парфения Лампсакийского (7 февраля) – ученик Криспин; преподобного Василия Нового (26 марта) – Григорий; преподобного Феодора Студита (11 ноября) – монах Михаил; святителя Тарасия Константинопольского (25 февраля) – диакон Игнатий; святителя Порфирия Газского (26 февраля) – диакон Марк; преподобного Феодора Сикеота (22 апреля) – Елевсий; преподобного Пафнутия Боровского (1 мая) – святитель Вассиан Ростовский и т. д.; все они – ученики и сподвижники перечисленных святых.

Кроме того, авторами многих житийных повествований стали канонизированные Церковью угодники Божии, и их святость – гарантия исторической достоверности их трудов. Например, житие преподобного Венедикта Нурсийского (14 марта) изложил святитель Григорий Двоеслов; преподобного Иакова Исповедника (24 марта) – преподобный Феодор Студит; преподобной Марии Египетской (1 апреля) – святитель Софроний Иерусалимский, сказавший между прочим в предисловии к своей книге: «Не буди мне лгати на святыя!» Если мы принимаем за истину слова обычных грешных людей – светских историков и черпаем из их неоднозначных работ сведения об исторических событиях, то тем более заслуживают доверия свидетельства истинных чад Божиих.

Сегодня у нас есть не только отдельные жития, но и древние объемные житийные сборники, подлинность которых не оспаривается даже весьма скептически настроенными историками-публицистами. В первую очередь здесь можно отметить знаменитое сочинение епископа Палладия Еленопольского «Лавсаик», переведенное на болгарский язык архимандритом Парфением († 1982; (Стаматовым), позже епископом Левкийским, – примеч. пер.). Епископ Палладий (вторая половина IV – начало V в.) путешествовал по восточным пустыням, населенным монахами, с целью лично увидеть их быт и побеседовать со свидетелями необыкновенных подвигов и чудес еще живых и уже почивших пустынножителей. Все увиденное и услышанное он и отразил в «Лавсаике», который, таким образом, является абсолютно достоверным историческим сочинением. Содержащиеся в нем рассказы о чудесах отнюдь не противоречат этой достоверности – напротив, она подтверждает их подлинность. Чудесные истории изложены в книге настолько просто и естественно, что отвергать их может лишь человек, вообще не верующий ни во что сверхъестественное. «Лавсаик» имеет неоценимое значение для обоснования историчности принятых Православной Церковью житий святых. Епископ Палладий предстает настоящим свидетелем деяний и чудес многих подвижников и отмечает такие подробности, которые подтверждаются и другими, более пространными их жизнеописаниями. Вообще своей непосредственностью, легкостью восприятия этот труд укрепляет веру в подлинность житийной литературы.

Подобный характер имеют также агиографические произведения Феодорита, епископа Кирского («История боголюбцев»); преподобного Иоанна Мосха («Цветник»); преподобного Иоанна Лествичника; Руфина, пресвитера Аквилейского («Vitae patrum» – «Жития отцов», «Historia monachorum» – «Монашеская история»); преподобного Иоанна Кассиана; святителя Григория Двоеслова и иных церковных авторов.

Вспомним также о житиях величайших и известнейших православных святых и учителей Церкви – святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, Афанасия Великого, Николая Мирликийского, преподобного Ефрема Сирина и др. Жизнеописания этих Святых Отцов составлялись на основании подлинных свидетельств. Так, о святителе Иоанне Златоусте рассказывали Император Лев Премудрый, преподобный Симеон Метафраст, Никифор Каллист, Сократ Схоластик, Ермий Созомен и другие авторитетные историки. О святителе Василии Великом и его дивных делах повествуют святитель Амфилохий Иконийский, Сократ, Никифор, Феодорит, преподобный Ефрем Сирин, святитель Григорий Богослов. О святителе же Григории говорят его ученик Григорий, пресвитер Руфин и иные. О преподобном Ефреме – Никифор и Созомен; о святителе Павлине Ноланском – святитель Григорий Двоеслов, святитель Августин и священник Ураний…

Итак, относясь к памяти своих святых с особым благоговением, Церковь всегда ревностно хранила предания о них и их творения. Прославляя деяния праведников, она не могла лгать и распространять под видом исторической истины вымышленные басни. Сведения по древней истории мы часто заимствуем из труда какого-либо одного сочинителя, при том необязательно непосредственного свидетеля описываемых им событий. А в случае с житиями имеется множество заслуживающих доверия авторов, причем излагающих одни и те же факты.

Например, о преподобном Анувии (5 июня), его видениях, чудесной прозорливости и великой праведности повествуют Руфин (в «Египетском патерике»), епископ Палладий (в «Лавсаике») и историк Никифор (в кн. 9, гл. 14). О семи отроках Ефесских (4 августа), замурованных в пещере и воскресших спустя несколько столетий, говорят константинопольский историограф Георгий Кедрин, Никифор (в кн. 14, гл. 45) и преподобный Симеон Метафраст; также их подвиги и чудеса воспеваются в минейных стихирах. Невероятно жестокие страдания доблестного исповедника Христова священномученика Марка Арифусийского (29 марта) и его необыкновенное терпение описывают святитель Григорий Богослов и Феодорит (в кн. 3, гл. 6). Подвижничество и чудеса святителя Григория Неокесарийского (17 ноября) прославляют святитель Григорий Нисский и Никифор. О простоте жизни и чудотворениях святителя Спиридона Тримифунтского (12 декабря) свидетельствуют Никифор, Созомен, Кедрин и иные.

Однако все же находятся люди, сомневающиеся в правдивости житийных сочинений из-за описанных там чудес. Но и с православно-богословской, и с религиозно-нравственной, и с исторической точек зрения в таких рассказах нет ничего недостоверного, апокрифического или фантастического. Сомнения рождают не недостатки в содержании житий, а личное неверие скептиков. Напротив, агиографические тексты с какими-либо историческими данными как раз в силу этих указаний заслуживают доверия. Они, как правило, отличаются большой исторической точностью: даты, события, лица – все это несет печать не апокрифической литературы, наполненной несообразностями и легендами, а подлинных литературных памятников своего времени (см., например, жития свтт. Тарасия Константинопольского, Порфирия Газского, Иоанна Златоуста и др.). История говорит о тех же личностях и происшествиях, фактах и подвигах, которые описаны в житиях – с той лишь разницей, что, как и подобает светской науке, она не акцентирует внимание на сверхъестественных случаях.

Все жития – мученические, преподобнические, святительские – тщательно собирались и со временем были систематизированы по дням (в соответствии с датами памяти святых) в особых месячных сборниках – Минеях. Так сформировался церковный календарь. Кроме подробных жизнеописаний, в Минеи включались службы и песнопения в честь прославляемых угодников Божиих. Причем эти сборники упоминает еще преподобный Феодор Студит († 862), отмечая, что книги с житиями святых составляют 12 томов (Ep. 2 ad Plat., ed. Sirmond, Iq 181).

Таким образом за века накопился богатейший житийный материал. Первым автором, собравшим, отредактировавшим и распределившим по дням и месяцам года все достоверные православные жизнеописания, стал святой X века преподобный Симеон Метафраст, бывший образованным сановником при византийском дворе. Взяв за основу древние жития, часть из них он переработал в нравоучительном духе, а иные оставил без изменений. Эти агиологические труды, известные как Метафрастовы жития, долгое время оставались в Греческой Церкви общеупотребляемыми и служили первоисточником и образцом для позднейших подобных работ.

Когда христианская проповедь достигла и славянских народов, в их землях, наряду с переводами Священного Писания и богослужебных книг, начала появляться и житийная литература. Ее простота, наглядность и нравоучительность оказывала благотворнейшее влияние на духовное воспитание славян. Переводились, переписывались и распространялись книги житий обыкновенно в монастырях – центрах духовной жизни Руси. Предпринималось немало опытов формирования и издания полных сборников. Особого внимания заслуживает наиболее удачный – «Великие Четьи-Минеи» святителя Макария, митрополита Московского († 1563). Впоследствии дело святого Макария продолжил святитель Димитрий Ростовский († 1709), посвятивший редактированию, дополнению и выпуску «Четьих-Миней» фактически всю свою жизнь.

Это был необыкновенно ученый муж, отличавшийся гениальными способностями и святостью жизни. Он прекрасно владел славянским, греческим, латинским, еврейским и польским языками. При составлении своего фундаментального, критически исправленного и проверенного по различным источникам труда святитель использовал жития преподобного Симеона Метафраста, «Великие Четьи-Минеи» святителя Макария, творения многих церковных учителей, писателей, историков и хронографов, а также множество иных книг греческих и русских авторов, чьи имена (около 70-ти) он перечисляет в начале «Четьи-Миней» за сентябрь месяц. Располагая обширной литературной базой, святой Димитрий убедился, что значительное количество житий с течением времени при переводах и переписывании было так или иначе искажено. С великой добросовестностью серьезного ученого и праведного христианина он проверил и поправил каждое житие по имевшимся у него древнейшим источникам. Некоторые моменты святитель для краткости опускал, иные, наоборот, добавлял как существенные, сравнивал, редактировал, и таким образом оставил нам прекраснейшее изложение этих дорогих сердцу всякого православного святых повествований (см. предисловие в книге за сентябрь).

Специальная комиссия Синода Русской Церкви подвергала вышедшие из-под пера святителя Димитрия жития строгой проверке – на предмет соответствия Слову Божию, догматам веры, Священному Преданию и церковным традициям, а также возможного наличия сомнительных мест. По невежеству переписчиков с неправыми понятиями и суеверными убеждениями в книги действительно могли закрасться ошибки. Разумеется, не все жития потенциально имели вероятность искажения, а лишь те, оригиналы и первоисточники которых не сохранились. Ибо что ложного и неправославного могло быть в повествованиях непосредственных свидетелей подвигов угодников Божиих, канонизированных святых, авторитетных церковных историков и пастырей (о которых мы сказали выше)? Святитель Димитрий очищал от суеверных и невежественных наслоений не такие, а все прочие сочинения, составленные неизвестными авторами. При этом Святой Отец руководствовался мудрым и благочестивым стремлением – из-за случайно возникших плевел не лишать христианский народ благодатной пшеницы назидательного чтения о святых, которое укрепляет душу, рождает в сердце высокие стремления и побуждает волю к подражанию святости. Жития в редакции Ростовского святителя во всех отношениях были признаны безупречными и многократно переиздавались.

Людям, сомневающимся в авторитете святого Димитрия как премудрого ученого и безукоризненного подвижника, полезно будет прочесть, например, приложение к житию мученика Ипполита (13 августа) с комментарием по поводу смерти нечестивого Императора Декия. Святой Отец процитировал там многих древних историков, одни из которых утверждают, что гонитель христиан скоропостижно скончался естественной смертью, другие – что он был убит, третьи – что удавился. Святитель Димитрий не довольствовался свидетельством лишь одного какого-либо автора во избежание обнаружения перед читателем этих противоречий, но, основательно изучив все известные мнения, честно признал: «В таковых убо несогласиях ничтоже смеем утверждати». Можно ли не доверять трудам столь добросовестного святого мужа?!

Архимандрит Серафим (Алексиев)

Источник: Журнал «Православный миссионер». № 1–2. София, 1943
 


+ + +

«НЕ ИМЕЙТЕ ДРУГИХ УЧИТЕЛЕЙ»

Самым поучительным чтением являются жития святых; здесь не дается теоретических знаний, но представляются живые примеры подражания Христу Спасителю. Святые да будут вашими наставниками, не имейте других учителей, чтобы не смущаться духом, особенно таких, которые стараются отвлечь от Православной Церкви, – бегайте от таких наставников!

+ + +

Когда мы читаем, хотя бы житие святой великомученицы Екатерины, то святая начинает молиться за такого человека пред Престолом Божиим, а молитва святых, конечно, немаловажна. Может быть, какая-нибудь душа была на краю погибели, но, читая жития святых, она привлекла их молитву за себя и была спасена. Приобретите эти книги, – они уж не так дорого стоят, на другие и больше выходит, а благодаря чтению их мы приобретаем огромную пользу.

+ + +

Вам я всегда советовал и советую читать жития святых, и вы найдете в этом чтении великое утешение. Ваши скорби покажутся вам ничтожными по сравнению с теми, что претерпевали святые. Читая жития святых, у вас явится желание, по возможности, подражать им. Вам захочется молиться и просить у Господа помощи, и Господь поможет.

Преподобный Варсонофий Оптинский
Духовное наследие. Свято-Троицкая Сергиева лавра, 2004

Источник: Газета «Православный Крест», № 10 (178) (от 15 мая с. г.)

<-назад в раздел

Видео



Документы

Братия-монархисты, остерегайтесь производящих разделения: У т.н. «старообрядцев», обновленцев и экуменистов общие основы

В виду серьезности и важности происходящего в православно-патриотических кругах сплочения в стоянии за Веру, Царя и Отечество и внедряемых в эту богоподаваемую соборность пагубных разномыслий, считаем необходимым републиковать материалы обширной, но очень актуальной беседы против  «ревнителей...


Проблема находки и исследования екатеринбургских останков: Анализ эксперта по расследованию убийства Царской Семьи

Публикуем разъяснительный материал, подготовленный Владимиром Ильичем Большаковым, ученым и общественным деятелем, кандидатом биологических наук, доктором философских наук, автором ряда книг по истории Русской государственности и многолетним экспертом по проблеме расследования убийства Царственных Мучеников.


Возвести достойную культуру в ранг национальных приоритетов: Обращение общественности к президенту

В последнее время сфера культуры стала полем ожесточённых битв в публичном и даже физическом пространстве. Протесты граждан против растлительных выставок, кощунственных спектаклей, имевших место в последнее время в России, искажающих историческую правду фильмов и иных провоцирующих общественные конфликты...


<<      
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Фотогалерея
Полезно почитать

С болью о Церкви: Письмо священника о происходящей апостасии

Публикуемое ниже письмо передал в редакцию читатель-священник. Его тон может показаться кому-то резковатым и неучтивым, уместным в личной беседе с единомышленниками, но не для СМИ. Однако мы сочли нужным напечатать как есть эти безхитростные слова, отражающие переживание батюшки за родную Церковь...


Борьба за историю – борьба за Россию: Беседа с директором Фонда «Имперское возрождение» М.Б. Смолиным

«Бог открывает Себя в природе и истории так же, как и в Слове Своем. И они суть книги Божии для тех, кто умеет в них читать»... История… Что же может дать ее знание человеку? Каковы особенности Русской истории? Почему она искажается в наши дни? С какими взглядами, векторами к ней нужно подходить? В чем смысл исторического просвещения и борьбы за правду о нашем прошлом?..


«Русский, православный, монархист – высокое звание»: Беседа с песенником Алексеем Мысловским

...В этих крестных ходах, зачастую весьма нелегких, но удивительно благодатных, с явными знамениями чудесной милости Божьей, я осознал в полной мере, что истинно Русский человек может и должен быть только православным, а православный – только монархистом. Все остальное – либо от маловерия, либо от лукавства....



Rambler's Top100