Понедельник, 17 Февраля 2020 г.
Духовная мудрость

Свт. Игнатий о «едином всевышнем» с магометанами
Вы хотите, чтоб… магометане, за то что они кажутся вам добренькими, непознавшие и неуверовавшие в Искупителя, получили спасение, доставляемое одним, одним, повторяю вам, средством, – верою в Искупителя? – Христиане! познайте Христа! – Поймите, что вы Его не знаете, что вы отрицались Его, признавая спасение возможным без Него за какие-то добрые дела! Свт. Игнатий о «едином всевышнем» с магометанами

митр.Иоанн о покаянии перед Царем
Основная причина наших бед находится в нас самих, потому что русский народ до сих пор еще не покаялся в содеянном отцами, дедами, прадедами в разгроме Православной России.
Митр. Иоанн (Снычев) о монархии

Прп. Паисий о времени
Знамения, знамения времени не видите... Надо быть, извините, бараном, чтобы не понимать, что происходит... Многие из святых отцов молились, дабы пожить в наше время, ибо оно – время исповедническое.
Преподобный Паисий Святогорец

прп.Амвросий католичке
Гордость побеждается смирением, а добродетель смирения принадлежит не всем людям разных вероисповеданий, а только правоверующим.
Из письма прп. Амвросия Оптинского католичке

Прп.Паисий об апостасии
Диавол закинул сети, чтобы поймать в них всё человечество. Богатых он хочет уловить масонством, бедных коммунизмом, а верующих экуменизмом.
Прп. Паисий Святогорец об апостасии

В кулуарах

Россия, тревога!: «Мир вокруг нас ещё продолжает выглядеть привычно», но это уже не так
Председатель Правительства Мишустин выступил в Казахстане на пленарной сессии форума Евразийского экономического союза «Цифровое будущее глобальной экономики». Тема выступления: «Построение устойчивого региона на основе данных и искусственного интеллекта».

«Скольких людей погубило искусство!»: Покаяние народной артистки России Екатерины Васильевой
С одной стороны, народ стал понемногу воцерковляться, возвращаться к вере, с другой – мы сейчас в изобилии наблюдаем появление таких лжедуховных явлений, как «православные» актеры, театры, банкиры, комики, байкеры, рокеры, рэперы и прочие. Даже если такой человек стал действительно верующим, ходит в...

Пока мы живы, будем сражаться за детей!: Тревожное письмо о состоянии системы образования и снюсах
Здравствуйте, уважаемая редакция! Спаси Христос, что поднимаете острые и важные темы современности. Меня всегда волновало положение дел в системе образования. Возможно, потому, что по первому диплому я педагог. Декан факультета, с которым у нас были доверительные отношения, как-то в беседе со мной поделился переживаниями о том, что вся система образования переживает тяжелый упадок, правильные основы воспитания утрачены…

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



Архимандрит Мелхиседек Артюхин
Почему монарх – единственный гарант свободы человека: О подлинном народовластии и либеральной демократии

Подлинное народовластие возможно только инициативой снизу или поддержкой снизу властных инициатив, идущих сверху, при том, что у власти находится самый совестливый и ответственный человек – монарх, который поверяет эти инициативы мотивами высшего служения Богу.

По замыслу монархическая власть есть осуществление Божией Воли и отсечение своей. Монархия строится на вере в Промысл Божий. Правитель должен обладать харизмой свыше – быть избранником Бога, а не народа, потому что народный избранник избирается для внешнего, государственного (социального) служения, а Божий избранник действует для Бога, для дела спасения.

Такой избранник мыслится, как правитель, осуществляющий в народе идеалы святости. Собственно, идеей такой демократической власти и была идея российской народной монархии, в которой демократическое местное самоуправление было поддержано властью монарха, данной ему от Бога – и участие в управлении государством осуществлялось таким совещательным органом при государе, как народное представительство. Через это представительство монарх узнавал о подлинных нуждах народа и имел возможность их удовлетворить.

Монарх, по этой идее, является единственным гарантом свободы человека, охраной его личности – и гарантия эта кроется в религиозной совести монарха, а не в законе, как это предусмотрено в демократии. Монарх – слуга Божий, и потому и слуга народа. Он не отделен от своего народа и не противопоставлен ему – он соединен с ним мистически, как в браке муж соединяется с женой, становясь единой плотью, ведь он венчается на царство, принося присягу Богу в верности своему народу.

Но именно поэтому ему дано право быть выше закона, ибо правда Божия выше закона. Юридическая норма может вступать иногда в противоречие с правдой, потому что закон не может объять и вместить безконечную жизнь духа. Монарх осуществляет именно эту высшую справедливость, которую не может, в силу своей ограниченности, вместить и осуществить закон. Если эта прерогатива (судить по совести) отнята у монарха, то монархии той, которая задумана именно как власть совести, – по-существу нет.

Богу в либеральной демократии места не предусмотрено. Демократия просто не рассчитана на Его чудесное вмешательство. Там все человеческие отношения скрупулезно описаны и жестко определены. Основной порок демократии с точки зрения религиозной заключен в том, что отношения членов сообщества регулируются законом. Закон же не затрагивает нравственного начала, он действует лишь на уровне морали, он регулирует лишь внешние социальные отношения. Демократия как раз претендует на то, что она разрешит общечеловеческие проблемы этими внешними средствами. Но социальное по отношению к человеку, существу духовному, является лишь внешней частью, поэтому такими частными средствами нельзя решить те универсальные задачи и проблемы, которые стоят перед человеком. Они решаются только изнутри, – не законом, а нравственным изменением.

Человеку, чтобы стать человеком по истине, необходимо преодолеть себя – стать безконечно выше того представления о нем, которое формируется обществом и особенно демократическим обществом.

Личность в демократическом обществе по замыслу должна охраняться законом. Однако в таком законном охранении личности есть один существенный изъян. Человек как личность есть существо неоформившееся. Законом же человек охраняется в том самом виде, который для личностного становления ему необходимо изменить. Права и свободы человека призваны охранять его в его настоящем виде. Но, охраняя его в настоящем – закон как бы охраняет его и от будущего, в котором человек должен измениться. «Делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2, 16), – говорит апостол Павел, имея в виду эту сторону закона, исполнение которого еще не ведет к реальному изменению человека.

Охрана личности законом ведет к изоляционизму, потому что объединение человечества по истине возможно только в связи с будущим. В законных отношениях друг с другом человек отчуждается от другого человека, да и от самого себя, такого, каким ему предназначено быть в своем будущем. Основание для нравственности человек находит в образе своего будущего, мораль же заботится только об общественных отношениях в настоящем. Мораль – это секуляризированная заповедь, оторванная от контекста спасения души и направленная лишь на социализацию в обществе потребителей. Заповедь Божия о любви отсутствует в таком ее социализированном направлении – можно, соблюдая закон и мораль, быть при этом совершенно безнравственным человеком.

Основное свойство всего живого заключается в том, что оно стремится преодолеть законы. Человек, как венец всего живущего, это стремление реализует с особой силой. Он стремится к освобождению от физических законов, которые преодолеваются в нем преображением плоти. Он стремится и к освобождению от морального закона, который побеждается приобретением любви и обретением духа.

Личность не может быть охранена законом, потому что личность безконечна и неотмирна, она созидается только в перспективе безконечности и вечности – и в этой же перспективе обретается истинная нравственность, а закон определяет только внешние, конечные отношения. Поэтому законом личность может не только не охраняться, а даже очень легко подавляться.

Мораль может вырождаться, ибо ее можно понять и так, как она понимается в либеральном обществе: «все, что не запрещено, – то дозволено». В такой формулировке право отделяется от нравственности. Мораль в обществе может господствовать над нравственностью – и тем самым препятствовать личностному становлению.

Это господство нельзя ограничить законом, – и здесь гарантом такого ограничения выступает то, что становится над законом – это совесть монарха. Закон еще не дает человеку подлинной свободы – свобода является в мир только через личность. Демократия же, опираясь только на закон, способствует тому, чтобы сделать из человека социального функционера, слепо исполняющего закон, но, тем самым, она может воспрепятствовать его личностному становлению, – не освободить, а закабалить его. Свобода недемократична, потому что большинство людей бегут от бремени свободы. Поэтому и власть большинства, то есть тех, кто бежит от этого бремени, будет не охранять свободу, а подавлять ее.

В идее народной монархии отношения членов сообщества регулируются на основе нравственности. Здесь основание общества строится изнутри – гарант такого строительства в совести, а не в законе. Единственный гарант – совесть, личность монарха, обращенная к Богу – это рискованно (а вдруг монарх окажется безсовестным), но в этом состоит единственная возможность не только личные, но и общественные отношения построить на нравственности, охранить личностное (нравственное) становление человека и добиться подлинного общественного блага.

В демократическом обществе риск еще больший, потому что, если власть доступна для любого человека, то в нее проходят, как правило, безсовестные люди. Нравственность имеет личностный, а не общественный характер, поэтому и опору нравственности надо искать в личности (как это задумано в монархии), а не в общественном законе (как это предусмотрено в демократии). Христос обратился к личности и призвал к личностному совершенству – Он не создал законов, которые улучшили бы социальную жизнь. Духовное единство общества возможно только в личности и через личность, ибо личность выше общества – она не от мира сего, а духовное общество объединяется в высшем, в том, что не от мира. Душевное же единство возможно обрести и во внешнем объединении через закон, через государство, через национальные чувства. Поэтому идея монархического устройства государства базируется на духовном фундаменте; идея демократического устройства на душевном.

Именно для того, чтобы охранять человека, как образ Божий, и для того, чтобы гарантировать его права и свободу в лице монарха, – и возникла в России идея народной монархии. Государство – это система обычаев, государь же стоит вне этих обычаев, он может установить новые обычаи, когда прежние отмирают в виду их обезсмысливания. Государь имеет власть, независимую ни от какого сословия, – и потому ему гораздо легче выражать интересы всех сословий. Монархия, по-существу, ломала рамки сословий, – и в этом смысле она была более демократична, чем демократия, потому что демократия породила олигархию, новую элиту, которая и обладает властью. Общество было резко разделено на новые сословия. При монархии же все сословия в правах, охраняющих личность, были уравнены. Простолюдин мог судиться с дворянином, мог вызвать его даже на кулачный поединок. Дворянство было зависимым сословием и от государя, и от тех, кто был у них в подчинении. Права человека были в России тогда гораздо шире, чем в то время на Западе. Все права, которые изложены в основополагающем документе о правах человека в Европе («габеас корпус акт»), существовали в России задолго до принятия этого документа в Англии.

Отношение к человеку изменилось в России только тогда, когда дворянство потребовало себе привилегий и вольностей по образцу шляхетских. Если раньше человек принадлежал Богу – и именно поэтому его необходимо было охранять, то теперь он стал собственностью хозяина, – дворянина. Его уравняли в ценности с имуществом, с вещью, с товаром, – и его могли теперь свободно продавать, наряду с другим товаром. А тех, кто владел крестьянами, стали называть обладателями душ. Очень симптоматичным, в смысле действительной принадлежности, названием, потому что обладателем душ является только Бог. Конечно, человеку, как личности, в таком обществе не могло быть места.

Казалось бы, те, кто так боролся за свободу и требовал ее, должны были бы уважать и свободу другого человека, заботливо относиться к нему, но либертинизм, боровшийся за свободу, породил самое отвратительное рабство и деспотизм. Здесь нет возможности привести подобные примеры из истории Запада, но и там наблюдается такая же закономерность – либертинисты, придя к власти, устраивают террор. А монархи, которых все обвиняют в деспотизме, проявляют милосердие даже к тем, кто устраивает перевороты.

Священник Владимир Соколов


Источник: http://национальный-медиа-союз.рф/

___________________
См. также:

«Христианский монарх: глава народа и сын Церкви»: Доклад на Международных образовательных Покровских чтениях в Финляндии

Где воля народа?: Лживые демократические принципы и вековые устои монархии       

Лучшее олицетворение человечной власти: 20 причин уважать Русскую Самодержавную Монархию

В чем сила, брат? В монархии: О провозглашении России Империей и противоположной ей демократии (ВИДЕО)

«Зреет чаяние сокровенное… Православное Русское Царство»: О богоугодной монархии и путях ее возрождения



Поделиться новостью в соц сетях:

<-назад в раздел

Видео



Документы

Принимал ли Поместный Собор 1917–1918 гг. постановление о допустимости использования за богослужением русского языка

После совершения в марте 2019 г. митрополитом Тверским и Кашинским Саввой акта церковного вандализма – обновленческой литургии на русском языке совместно с представителями кочетковского братства, а также скандала и церковной смуты, связанной с допуском 2 февраля 2020 г. митрополитом Саввой последователей...


«Роль Православия и Русских – государствообразующая»: Наказ священнослужителей по поправкам в Конституцию

Поправки к преамбуле российской Конституции, предложенные заместителем главы Всемирного Русского Народного Собора Константином Малофеевым, поддержали и дополнили своими предложениями многие клирики Русской Православной Церкви.


Да не будем посрамлены на Страшном Суде: Как относиться к нововведениям в Русской Церкви?

Как мы сообщали в предыдущем номере, на епархиальном собрании столичного духовенства 20 декабря было рекомендовано чтение Ветхого Завета (паремий) и новозаветных посланий (Апостола) на современном Русском языке. Нам удалось побеседовать с одним из участников этого епархиального собрания...


<<       >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 1
Фотогалерея
Полезно почитать

Народ не готов к приходу Царя?: О единственном пути возрождения и спасения России

В наше время часто приходится слышать о том, что сейчас народ не готов к приходу Царя. И слышать это приходится от людей духовного звания. Дорогие мои, такие слова – не есть слова любви к Царю. Сердце истинно любящих нашего Русского Православного Царя-Батюшку и Великомученика Царя Николая II с его святой Семьей, и грядущего Царя, предсказанного нам многими святыми, никогда не сможет произнести такие слова.


Иго-то Христово легко есть, а теории Маркса-Энгельса не подъемно тяжелы: Будем встречать за Уралом новых героев

Меньше шукшинской русской радости стало. Как будто отымает Господь благодать от земли Русской. Люди по стране и по миру носятся как сквозняки. Меняют квартиры, города, страны. Болтаются как пыль в невесомости. Это и есть нормальный образ жизни космополита – жителя «открытого космоса», не имеющего Родины, родства непомнящего.


«Сохранение богослужебного языка – вопрос национальной безопасности»: Беседа с издателем и составителем книг на церковно-славянском

Купить сегодня в лавках храмов и монастырей Евангелие и Псалтирь на церковно-славянском языке еще возможно, молитвослов и Апостол – уже реже, а вот приобрести акафисты с канонами – задача практически неосуществимая. Православные москвичи знают буквально пару мест, где продаются молитвословия и богослужебные тексты на церковно-славянском языке, в особенности такие редкие, дорогие сердцу...


Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Rambler's Top100