Вторник, 11 Декабря 2018 г.
Духовная мудрость

Прот. Николай Гурьянов
Россия не поднимется, пока не осознает, кто был наш Русский Царь Николай... Господь не дарует России нового Царя, пока не покаемся искренно за то, что допустили иноверцам очернить и ритуально умучить Царскую Семью... Должно быть духовное осознание.
Старец Николай Гурьянов о монархии и покаянии

Прп.Паисий об экуменистах
Сегодня, к несчастью, и у нас появилась европейская «корректность», и люди стремятся показать себя добрыми. Желая проявить свое «высшее благородство», они заканчивают тем, что кланяются двурогому диаволу. «Пусть будет одна религия», – говорят они и всё ставят на одну доску.
Прп. Паисий Святогорец

Прп.Нил о послаблениях
Погибель есть скат, по которому всякому легко сбежать в пропасть.
Прп. Нил Мироточивый о послаблениях

Свт. Феофан о монархии
Когда Царская власть падет и народы всюду заведут самоуправство (республики, демократии), тогда антихристу действовать будет просторно... Некому будет сказать «вето» властное. Смиренное же заявление веры и слушать не станут.
Свт. Феофан Затворник об Удерживающем

Прп. Лаврентий о зарубежниках
Берегитесь так называемой зарубежной церкви и знайте, что она не стоит в диптихе Православных Церквей. Многострадальная Церковь наша выстояла в безбожном государстве. Ей честь и слава и вечная похвала! Наша страна не зарубежная и наша Церковь не зарубежная! Наша страна постоянная! У нас нет зарубежных церквей.
Прп. Лаврентий Черниговский про РПЦЗ

В кулуарах

Москва – Небесный Град или окаянный Вавилон?: Историк-публицист Д. Володихин и поэтесса-экскурсовод И. Воскобойникова о Русской Столице
Нынешняя Москва – это две Москвы, живущие друг с другом в тесном объятии, по необходимости терпящие друг друга, но разные по происхождению своему, по идеалам и устремлениям. Каждая из них воспринимает вторую как раковую опухоль в своем теле. Каждая хотела бы избавиться от второй, вырезать ее… Но где...

Пора сказать правду о «русском» мате: Еп. Митрофан о духовных истоках этой национальной беды
Исследование епископа Митрофана (Баданина) посвящено серьезной проблеме в современном духовном состоянии нашего народа и его вооруженных сил. Речь идет о мате, о духовных истоках этой беды, о древних языческих корнях русского мата, его магической энергетике и о необходимости возвращения к истинным духовным ценностям нашего народа… 

Духа вашего не угашайте: Несколько слов о важнейшем для христианина – горении
Нередко, читая жития подвижников благочестия, мы находим там слова, свидетельствующие, что они, подвизаясь, постоянно восходили от силы в силу, – их жизнь можно представить себе как движение по лествице, ведущей от земли к Небесам. Нужно понимать, что подобного рода восхождение никогда и ни у кого не бывает совершенно линейным, безпрерывным. И, тем не менее...

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



Архимандрит Мелхиседек Артюхин
Архангельский мужик: История восстановления храма и жизни
Архангельский мужик: История восстановления храма и жизни
Александр Николаевич Панков, житель села Большой Бор Онежского района Архангельской области, говорит, что когда решил восстанавливать Ильинскую церковь, крещеным не был и о вере еще не помышлял, а хотел восстановить для потомков культурное наследие, оставить по себе память. Но чудесно начала приходить помощь: «С кем ни поговоришь, побеседуешь, что надо, и люди соглашаются и помогают». А потом в храм стали возвращаться иконы. И в 50 лет Александр Николаевич крестился: «Жизнь так складывается, что год за годом приходит осознание». Он рассказал участникам миссионерской экспедиции о вере на селе в годы богоборчества, судьбах закрытых храмов, героях Великой Отечественной войны и о своей непростой жизни.

Отправляя студентов нашей духовной семинарии на летние каникулы, мы дали им поручение: встретиться с христианами, которые на два или на три поколения старше современной молодежи, расспросить у них о том главном, что происходило в жизни этих людей в государстве, восставшем против Бога, а потом уставшем от этого восстания и осознавшем всю его тщетность и бессмысленность. О том, как эти люди обрели и сохранили свою веру, о главном, к чему пришли люди старшего поколения, приближаясь в зениту или к закату земного пути.

Надо сказать, что все студенты с немалой пользой для себя, да и для нас, их наставников и воспитателей, исполнили это послушание. Все без исключения их наблюдения и записки необычайно интересны. С некоторыми из этих работ мы готовы познакомить наших читателей.

+ + +

Александр Николаевич, расскажите о своем детстве, о семье, о родителях.

– Родился в 1954 году, в июне месяце. Вот уже седьмой десяток разменял. В Онеге жили. Было четверо в семье, я самый малый. Восьмилетку-школу кончил, потом в ПТУ два года отучился. После в Германии служил. Ушел в 18 лет, пришел в 20.

– Вы тогда о вере что-то знали?

– Ради любопытства ходили на Пасху смотреть Крестный ход. Это в Онеге, в Лазаревской церкви. А там народу! Пожарников нагонят, милиции нагонят. Один раз с ребятами сходили, в ПТУ я учился тогда. А директор утром на линейке говорит: «Вот у нас богомольцы есть», – фамилии назвали тех, кто ходил на Крестный ход смотреть. Что в этом такого? Мы же там ничего, не хулиганили – только посмотрели и ушли.

В армию тоже идти. Ясное дело, что с ребятами, со всеми родственниками. С похмельца: что там – 18 лет… И нас – в комсомол. Военком говорит, что каждый, кто за границу отправляется служить, должен идти со значком Ленина на груди. И минут за 30 до отправки поезда нас всех – в комсомол: уже готовы заявления, и фотографии наши у них были, чтобы в комсомол принимать. И тот, который принимает, так сказать, фанатик, говорит: «Садитесь. Желаете ли вы быть в первых рядах ленинской молодежи?» А я говорю: «Всех принимают, так ладно, принимайте и меня».
 
– А в партии?

– В партии уже не был. Правда, вызывали, говорили: «Работаешь ты хорошо, без прогулов, не пьешь, не куришь – иди в партию». А что мне? В партию идут для чего? Для карьеры. Я не пью и не курю – я и не в партии. А вот те, кто пьют, и курят, и воруют – тех нужно в партию брать. У вас выше половины этого контингента – я к вам не подойду.

– Вы в то время крестик носили?

– Нет, крестик не носил, я в 50 лет только крестился.

– Как в те годы народ относился к вере?

– «Религия – опиум для народа» – вот так относился, не знаешь, что ли? И этот опиум мы «курили» семьдесят с лишним лет, а сейчас плоды пожинаем.

– Может быть, у вас дома как-то отмечали церковные праздники?

– На Пасху яйца красили. Собирались на застолье на Пасху, на Троицу. И на Рождество собирались. Раньше праздник-то отпраздновать, ясное дело, что «не посуху»: чтобы водки, этой отравы, бутылку купить, нужно еще очередь выстоять, чуть ли не полдня. А то и бражку варили, да и кто что умел – даже томатную пасту перегоняли.

– Хотелось бы узнать о том, как застала война ваших родителей, родственников. Расскажите, пожалуйста.

– Да, отец воевал, был на Дальнем Востоке. Еще у матери два брата. Один брат, Федор, был замполитом полка в звании майора уже в военное время, и когда Калининград занимали, там его оставили политработником. Умер в 1980-х годах. В 1980 году мы поехали в гости в Калининград, в июне месяце, и он говорит: «Поехали до Зеленограда – там бывший немецкий курорт, пляж». Мы приехали, он разделся, а у него на ноге вместо икры одни жилы торчат. Не знаю, как он ходил, – осколок в ноге был. Смотрю: он разделся, в воду – плюх. Я зашел, думаю: «Вода-то ледяная, все же Балтийское море». Смотрю: прибалты на машинах приехали, детей-грудничков годовалых купают тоже в этом море. Я побродил, побродил, а он говорит: «Ты не с Архангельска? Что боишься купаться-то?» – «Вода холодная». – «Да ну, ты что?» Он барахтался, барахтался, мне уж волей-неволей пришлось залезть в воду.

Другой брат погиб на северной железной дороге. Они даже повоевать не успели – их эшелон разбомбили. Так Федор, брат, после войны архивы поднял, нашел место захоронения, организовал перезахоронение. Говорит, что похоронены были прямо в шинелях, головы полотенцем обернуты и у каждого номерок.
   
– Как появилась ваша семья, как вы познакомились с женой? И как оказались в Большом Бору, в такой далекой от районного центра деревне?

– На сенокосе с будущей женой познакомились. Нас было десять ребят и девять девчонок. Потом переехали в Большой Бор, и вот почему: с работой было худо, платить меньше стали. А здесь два месяца поработал – и меня мастером-строителем сделали.

– Вы, можно сказать, один, своими руками, восстановили находящийся в руинах храм в Большом Бору. И начали это 20 лет назад. Почему сразу не обратили внимание на храм, когда приехали?

– Разговоры-то были о храме, все знали. Но я в нем не бывал, хоть он и открыт был. Рядом Георгиевский храм – туда заходил, в нем тогда спортшкола была, теннисные столы стояли. Один активист-комсомолец, Касьянов Николай Петрович, храм сделал спортклубом. Он руководствовался тем, что культура – для народа. А в храме Ильи Пророка совхоз хранил семечки, зерно, овес, семена. В один год на поле картошку сажали, в другой на нем же – уже овес: так земле легче, и урожай лучше. Архангельская область до 1950-х годов сама себя кормила, даже на вывоз оставалась продукция.

– А на разоренные храмы все тогда глаза закрывали?

– Раньше было принято ходить друг к другу в гости по деревням на Пасху, Рождество и светские праздники, но вот храмы… Не то слово, что глаза закрывали – хуже! В Поле, например, в Богоявленском храме стена ободрана, снята обшивка. Что за выгоду человек получил от этого, который снял? Это, можно сказать, кощунство.

Бабушки восьмидесятилетние – вот кто сохранял веру. А я в Онегу ездил иногда, заходил в церковь. Но здесь в храм не заглядывал – все было заколочено. Кстати, видел, в храме обрезанную икону Георгия Победоносца? Когда-то ее распилили, чтобы заколотить окошко.
   
– Александр Николаевич, расскажите, как начиналось восстановление Ильинской церкви. Что вас подвигло обратить внимание на храм?

– Был один человек в деревне, я с ним разговаривал, он и говорит: «Надо бы память оставить о себе». Только вот выпивал много, так что с ним, как с маленьким, приходилось сидеть: вел себя, как бы это сказать, неадекватно. И в итоге удавился – 40 лет ему было, молодой.

Я смотрел на храм и видел в нем культурное наследие, памятник. И поэтому решил восстанавливать. Когда храмом занялся, верующим еще не был. Но ведь у каждого свой царь, свой Бог. Пускай ты будешь трижды крещен, а если у тебя за душой – ничего, то что толку. Пришел я, например, креститься, заплатил 150 рублей. Но веру разве за деньги купишь? Ты ее ни за что, ни за какие деньги не купишь. В 1995 году я поехал в Онегу, узнал, где живет батюшка, отец Иоанн. А тогда был введен хозрасчет. Он говорит: «Ты знаешь, мне нужно на рубь дохода рубь десять сдать в казну, а для того чтобы общину создавать, нужно много денег». Он меня отговаривал. Но как-то потихоньку, доска за доской, что-то получалось.
   
– Как поменялось отношение к храму – от культурного памятника до места молитвы? Как вы обрели веру?

– Случай расскажу. 2007 год. Подхожу как-то к храму, а рядом рюкзаки лежат – москвичи приехали, паломники с какого-то Владимирского храма. Я им открыл храм, двери к тому времени уже сделал. Эти ребята, оказывается, меня ждали. Зашли в храм, помолились они, тропари попели. Потом выходят – одна женщина подала тысячу рублей, вторая достает 400 рублей. Говорят: «Это вам на восстановление храма» (см.: Прошение к благодарным потомкам: Община «Царское подворье» на вотчине князя Д.М. Пожарского просит о помощи). Я отвечаю: «Восстановление так восстановление, будем крыльцо на эти деньги делать». Брус купил, привез, ребятам деревенским говорю: «Давайте крыльцо обоснуем», – и без разговоров помогли.

– Я слышал, что иконы в храме нашли, расскажите об этом.


– Женщина приехала с детьми из Вологды, говорит: «Можно ли церковь посмотреть?» – «Пожалуйста». Открыл. Ходили, смотрели. Я с сыном был, с Егоркой. И видим: дверь наискось и два гвоздя загнутых. Я говорю: «Ну-ка, Егорка, держи дверь». Я гвозди отогнул – а это не дверь, а икона. На самом виду – а ведь никто не догадался, и те, кто утаскивал раньше иконы. Я ее Спасителем называю. И не только потому, что Вседержитель на ней, но и потому, что икона эта храм спасла, хранила его: он не сгорел, ничего в нем не было плохого, как в других. Знаете, бывало храмах: и танцевали, и дискотеки устраивали, и охальничали. А в нашем только мыши были, зерна подъедали.

Вторую, Владимирскую, нашли, когда иконостас налаживали. Парень говорит: «Там что-то есть еще между досками». Посмотрели – вытянули икону.

Икону Крещения принесли деревенские. Только она со сколами, ее нужно наращивать, восстанавливать. Может, доживем до таких лет?

– Почему другие не брались за восстановление храма?

– Это хлопотно. Постоянно мотаться в Онегу за материалами – кому это надо? В Онеге заходил в столярные мастерские: «Сделаете Царские врата в храм?» Все отказывались. И тогда самому пришлось.

Привез песок однажды. Беру лопату и раскидываю, а соседи – один пьяненький сидит: «Ну чего, десять-то косарей имеешь в месяц?» Я говорю: «Ты что, за десять-то косарей и близко бы не подходил! Двадцатник». И он мне: «Вот так я бы тоже стал». Видишь, мнение у деревенских такое, что я тут, оказывается, деньги стягиваю. У меня в свое время за лето выходило, что до десяти печек перекладывал. Меня считали «хапугой», мол, такой-сякой. Но я же не воровал, а сам работал. Каждый судит по себе.

Расскажите, как вы крестились.

– Отец Александр с Онеги приезжал, предложил, да я и пришел креститься. Никто не заставлял, не принуждал, не приводил – крестился сам, сам пришел, осознанно. А жена уже крещена была. Она также помогает – иконостас, например, раскрасила.

Жизнь так складывается, что год за годом приходит осознание. У меня ведь такая установка: я работаю, и живу, и делаю все для детей, для внуков (см. также: Больной ребенок – наказание или благословение? Святоотеческий ответ от современного священника). Племянник мой разбился на мотоцикле. А мне за день до его похорон приснился сон, что в гробу лежит мой сын Алексей, как будто предсказание, – и через четыре года так и случилось. Поехали они с друзьями в Поле, там спирту напились и собрались домой. На мотоцикле. Его хоть и отговаривали, но все равно пьяный поехал. «Урал» как трактор: если разгонишь, так ведь не остановишь. А тут коровы шли: он их сбил, ноги переломал. Было часов пять или чуть пораньше. Мы мост ремонтировали неподалеку, приехали: мотоцикл на обочине, Алексей лежит посреди дороги. Участкового вызывали да медика привезли. Перелом шейных позвонков. Ему было 20 лет.

– Поблизости есть село Сырья, там храм, – скажите, совершались ли там богослужения в советское время, и посещал ли кто-либо храм?

– В Сырье во время войны иногда были службы, и люди приходили и записки оставляли с пожертвованиями (кто пять рублей, кто десять рублей, кто как мог) – просили у Бога защиты. Опиум опиумом, но еще не все выветрили в 1940-е годы. Человека еще не успели переделать. Это как сейчас: 70 лет советское время было, а все равно еще много старого осталось, пережитков разных, привычек.

– Чувствовали ли вы помощь свыше в восстановлении храма?

– С кем ни поговоришь, побеседуешь, что надо, и люди соглашаются и помогают. Иконостас делал – думал, что со старого соберу. А старые детали рассохлись и теперь не подходят. Материала мало: приходилось делать так, чтобы не ошибаться, – и получалось. Потом вы приехали как снег на голову, и жизнь храма забила ключом. Это все, конечно, не случайность.

Вспомнил вот еще что. Говорили мне, что когда в Георгиевском храме спортзал был, туда школьники ходили и видели: небо проявляется, закрашенное побелкой. Потом снова белили, и не помогало – тогда совсем закрасили. А школьники иногда специально заходили на иконы посмотреть.
  
– Александр Николаевич, не могли бы вы дать совет подрастающему поколению и сказать, что самое главное вы вынесли для себя из опыта прожитых лет?

– Вот тебе сейчас сколько годов-то?

– 22.

– Запиши, что думаешь, а когда будет 60 лет, прочтешь и сравнишь. Я пришел вот к чему: не навреди – ни себе, ни людям.

– Завершить беседу я бы хотел вопросом, который для всех, и для вас особенно, очень важен: что главное в воспитании детей?

– Доброта и любовь к детям. Не обижать, а если наказывать, то за дело. Внучка, ей три годика было, ходит и говорит: «Деда, я тебя любу». Приятно слышать? Я говорю: «Лина, я тебя тоже любу». А что еще нужно?

– Спасибо вам, Александр Николаевич, за столь ценный опыт общения.


Источник: Созидатель.org
http://sozidatel.org/articles/vera-i-czerkov/9773-arhangelskiy-mujik.html


Поделиться новостью в соц сетях:

<-назад в раздел

Видео



Документы

Впервые в мире: Власти России наносят сокрушительный удар по личному и государственному суверенитету

Преобразование традиционного человеческого общества в общество «цифровое» будет иметь непоправимые последствия! За бурным потоком информационных сообщений, связанных с последними политическими и церковно-общественными событиями, большинство граждан совершенно не видит самого главного – надвигающейся на всех и каждого системы беспросветного цифрового рабства...


Переворот: Правительство готовится передать власть Сбербанку (+ОБРАЩЕНИЕ)

16 ноября 2018 года многие издания и информационные агентства продублировали впервые опубликованную в «Известиях» статью «Паспорт без переплат: Сбербанк готов выдавать электронный документ», в которой говорилось: «Сбербанк готов выдавать в своих отделениях с функцией госуслуг электронные паспорта...


Необходима зачистка в Церкви: Московские экуменисты хотят переиграть экуменистов фанарских с помощью папы Римского

Сегодня вопрос о единстве православной Церкви встает со всей остротой не только для богословов, но и для каждого православного. С теми, кто создал себе идола в виде «гуманистического бога», с теми, кто Св. Предание Церкви заменяет «преданиями человеческими» в новомодных философских обертках и политическими...


<<      
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Фотогалерея
Полезно почитать

Сегодня массированной атаке подвергается Православие, Царь, государство, народ, семья: Беседа с главредом РИА «Катюша» А.Б. Цыгановым

Беседа с  главным редактором православно-патриотического СМИ РИА «Катюша» а также сопредседателем Координационного совета патриотических сил Санкт-Петербурга и области, сопредседателем Гражданского комитета возрождения науки и образования, руководителем экспертного совета Общественного уполномоченного по защите семьи, многодетным отцом Андреем Борисовичем Цыгановым...


Возрождение Русского духа, казачества, через него – Монархии: Беседа с о. Василием Извековым, племянником патриарха Пимена (+ВИДЕО)

Рубрику «Год Царской Голгофы» продолжает беседа со свидетелем и преемником уникального опыта Церкви исповеднической, хранившей и возжигавшей пламень веры в эпоху безбожного гнета, племянником четырнадцатого Патриарха Московского и всея Руси Пимена (1971–1990) протоиереем Василием Извековым...


Чтобы Русь стала Святой: Рано или поздно, но каждый окажется перед выбором – остаться верным или предать

Сегодня в рубрике «Год Царской Голгофы» своими размышлениями о ситуации в Церкви и стране и чаемом воскресении Руси делится протоиерей Алексий, настоятель храма великомученика Георгия Победоносца на погосте Камно под Псковом...


Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Rambler's Top100