Воскресенье, 25 Февраля 2018 г.
Духовная мудрость

Прп.Паисий о штрих

Печать будет начертанием, которое сперва поставят на все товары, а потом людей принудят к тому, чтобы ее ставили им на лоб или на руку.

Прп. Паисий Святогорец

Свт.Игнатий об апостас
Отступничество принимает огромные размеры. Наступают времена трудные в духовном отношении: затруднительность постоянно увеличивается. Это попущение Божие.
Свт. Игнатий Брянчанинов о церковной апостасии

прп.Иустин о псевдохрист
Экуменизм – это общее название всех видов псевдохристианства и всех псевдоцерквей Западной Европы. В нем сущность всех родов гуманизма с папизмом во главе. А все этому есть общее евангельское название: ересь... И здесь нет существенного различия между папизмом, протестантизмом и другими сектами, имя которым легион.
Прп. Иустин (Попович) о лжехристианах

Св. Иоанн Кронштадтский о папской "непогрешимости"
Самое вредное дело в христианстве, в этой богооткровенной, небесной религии, - есть главенство человека в церкви, например папы, и его мнимая непогрешимость. Именно в его догмате непогрешимости и заключается величайшая погрешность, ибо папа есть человек грешный и беда, если он помнит о себе, что он непогрешим.
Св. прав. Иоанн Кронштадтский

Оптинский старец Нектарий о влиянии запада
Нам надобно, оставя европейские обычаи, возлюбить Святую Русь и каяться о прошедшем увлечении во оные, быть твердым в Православной вере, молиться Богу, приносить покаяние о прошедшем.
Оптинский старец Нектарий о душепагубном влиянии запада

В кулуарах

Особенности нашего цивилизационного кода: Россия в борьбе со всемирным хаосом
Ответить на вопрос, почему глобальное «сообщество тени» всей совокупностью своих сил и возможностей бьет прежде всего по России, не составляет большого труда. Бьют всегда по главному. А вот ответить на вопрос, почему именно Россия является этим самым главным, т. е. почему именно она стоит на пути к тотальной...

Семья – ценность абсолютная или относительная?: Интересный взгляд на актуальную проблему в контексте глобализации
...Цель наших «либеральных оппонентов» в этой войне – вовсе не уничтожить семью. Нет! Напротив. Сделать ее абсолютной. Главное – вырвать ее из поля Традиции с его иерархией других ценностей, в которой семья вовсе не является высшей. Не о семье надо кричать, а о государстве и Церкви...

Самореализация – через самопожертвование: Беседа с известным писателем В.Н. Крупиным о жизни, творчестве и счастье
...Что нам до многих? И когда истина была у многих? Она всегда у малого стада. В него бы попасть, да из него бы не выпасть. Есть корабль спасения в море житейском? – Есть. И с него все время спасательные круги летят. Хватайся за них. Но, чтоб схватиться, надо руки освободить от всего, за что в мире ухватился....

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



04.01.2018
Самореализация – через самопожертвование: Беседа с известным писателем В.Н. Крупиным о жизни, творчестве и счастье

  Писатель – человек сострадательный

Как уже знают читатели, милостью Божией мы познакомились с В. Н. Крупиным – известным православным писателем, публицистом и педагогом. В № 23 (191) были опубликованы фрагменты из его «Русской мозаики» – заметок разных лет о нашей любимой Родине. В сегодняшнем интервью Владимир Николаевич рассказывает о своем пути к Богу и творчестве, а также размышляет о литературе, Русском писателе и России.

 
– Вы желали известности?

– Еще бы! На этом желании нынешнюю молодежь вся либеральная машина охмурения настраивает на успех, на славу (у меня была даже статья о «Книге рекордов Гиннеса», называлась «Книга рекордов дикостей»), на доходы от этой славы. Я тоже не в башне из слоновой кости жил, тоже мечтал (и литература помогала: «Желаю славы я, чтоб именем моим...»), что стану знаменитым. Сейчас, и уже давно, – не то. Известность для меня обременительна. Чины и должности позволяли иногда кому-то в чем-то помочь, в том числе в общественной жизни (борьба с поворотом рек, за возрождение храма Христа Спасителя, за возвращение исторических наименований, за издание Русского философского наследия...). 

Писатель – человек сострадательный

Что говорить: у меня полжизни была сплошная борьба. Тут-то и пригодились образы борцов предыдущего времени. В них была жертвенность, забвение себя ради общего дела, но не было того, естественно, что пришло позднее – православного осмысления действительности. Хотя если бы время, потраченное (угробленное) на общественную деятельность, ушло на литературу, то лучше ли бы было? И сама моя литература кому бы помогала, если б ее автору было все равно, повернут ли реки, выстроят ли храм?
 

– А как Вы пришли к Богу?

– Такой вопрос правомерен. Но сами мои работы отвечают на него. Уже в «Ямщицкой повести» (1972 г.) Анька-дурочка говорит духовные стихи, которые я записал, когда ездил в Сергиев Посад в 68–69-м годах. Там же звучит: «Не от лампады прикуриваешь», т. е. хороший человек. В «Живой воде» (94-й) Варвара откровенно верующая. И Кирпиков пытается перекреститься перед иконой. И названия книг: «До вечерней звезды», «Сороковой день», «Вербное воскресенье» – говорят о духовном.

Да, к Богу надо прийти, но этот приход – он на всю жизнь. Начало его у меня в детстве. У нас была икона, Пасху встречали радостно, о Боге плохо не говорили, да я и не помню, чтобы было какое-то насилие атеизма. Ужасов разорения церквей, сбрасывания крестов я не застал. Когда началось в 60-м году хрущевское гонение на Церковь, Господь укрыл меня на три года в армии. И, помню, в первом же увольнении пришел на Красную площадь (в кинохронике она огромна, а мне показалась маленькой, но от этого еще более дорогой) и долго был в соборе Василия Блаженного. Ну и что, что он назывался тогда музеем, он же оставался храмом. Все девять церквей собора были в свое время освящены, и их Ангелы-Хранители стояли над алтарями. Незримо, думаю, приветил меня и Ангел-Хранитель церкви святителя Николая Великорецкого.

Я открыто ходил в храмы. Даже и студенток водил в Елоховский собор, в котором крестили Пушкина (повесть «Прости, прощай...»). Но при том был в партии, парторгом факультета, позднее секретарствовал в издательстве «Современник», был членом парткома Московской писательской организации. Понять это не любящим Родину трудно. Для меня и членство в партии было служением Отечеству. А вышли мы из партии в один день с Владимиром Солоухиным, и я сохраняю благодарность к тем партийным годам. Что мы имели от КПСС? Взносы, субботники, «коммунисты, вперед», первым вылезать из окопа…
 

2018-01-03_130410.jpg– Каково для Вас значение среды – Вашего окружения: родителей, учителей, близких друзей, жены, внуков?

– Коротко: определяющее значение – конечно, родители. К ним можно присоединить старшего брата и старшую сестру, они, подражавшие родителям, шли прежде меня по жизни, а я учился, делал, как они. Потом я, как они, невольно учил младших. Так и шло.

Научили, прежде всего, труду. Это великое дело, когда труд не из-под палки, а осознается как необходимость выживания. Конечно, тяжело копать, поливать, окучивать, таскать воду, чистить хлев, пилить-колоть дрова... А у нас как-то так получалось – и это заслуга родителей, – что все эти труды не были в тягость. Весело даже было: скатать половики, вынести во двор, выхлопать, вернуть в дом, а там уже сестра пол подмела или подтерла, расстелить эти разноцветные дорожки – какая красота! А на столе уже общее блюдо – вареный картофель с солеными грибами.

Научили уважению к знаниям, чтению. Незабываемое из детства, как мама читала нам вслух зимними вечерами, когда залезали на теплую Русскую печь и полати. Классику, сказки.

Учителя! Великие учителя детства и отрочества! Первый учитель – Петр Фомич Смирнов, в сапогах и гимнастерке. Всех и не перечислить… Физик Иван Григорьевич, химик Павел Иванович, литератор Ида Ивановна... Математичка Мария Афанасьевна сказала мне, это класс восьмой: «Стихи пишешь? Напиши в стихах про шар. В шаре – вся геометрия, все секторы, сегменты, сферы и полусферы, хорды, дуги, диагонали, диаметры, радиусы...» И я выполнил этот мой первый «социальный заказ». И сам играл главную роль, заключенный в подобие огромного глобуса. А всякие биссектрисы, острые и тупые углы смеялись надо мной и долго дразнили меня «толстым». Это еще что: и толстые живут; а я же, вопреки обычным детским забавам, проводил все время за чтением. Читал как книгоголик, часто отказывался выходить играть, и меня прозвали, страшно вымолвить, «запечным тараканом». Какая девочка полюбит мальчика с таким прозвищем? Тем более я пошел в школу пяти лет. Но нисколько это не помешало мне закончить ее в пятнадцать.

Друзья, конечно, друзья. И в друзьях я всегда был счастлив: верные, надежные спутники детства и отрочества, юности и армии, студенчества и взрослой жизни. Не буду никого называть: сердце заболит. Где вы, родные? Очень верю, что вы у престола Царя Небесного. Молюсь за вас. Может, от того и остаюсь я почти один-одинешенек, чтобы из последних сил защищать те святыни, которые защищали вы, братья мои?

Жена, конечно, жена. У меня не было друзей, которые были женаты хотя бы дважды. Хотя в мире культуры это считается чем-то удивительным. Когда в Доме журналистов обсуждали мою повесть «Сороковой день» (81-й г., она о журналисте), то ехидно прозвучал вопрос, поддержанный аплодисментами: «Какой же Вы писатель: пишете от руки, женаты один раз?»

Нам с женой нелегко друг с другом, особенно ей: попробуйте-ка быть женой писателя! Но то, что мы с ней вместе до гробовой доски – это точно. Более умной, красивой, надежной женщины просто больше нет. Она – гениальная мама, свекровь и теща, а теперь, особенно, бабушка. Она, уже скоро тридцать лет, из последних сил возглавляет нужнейший для России журнал – «Литература в школе» и его приложение «Уроки литературы».

И детей, и внуков у меня так мало, что и пальцев ни на руках, ни на ногах не надо: раз, два и обчелся. Меня спасает их – увы, редкое – внимание. Но ведь у них свои дела, им нынче очень нелегко. Да и Господь не говорит нам, чтоб нас любили, – главное, чтобы мы любили. А я их очень люблю!

 
Писатель – человек сострадательный: Беседа с известным православным автором В.Н. Крупиным о жизни и творчестве– У каждого мастера есть некие маяки, ориентиры в искусстве. Назовите, пожалуйста, такие имена в литературе.

– Тут оригинальным никак не быть: конечно, Пушкин, Лермонтов, Некрасов, Есенин – в отрочестве; в юности – Пушкин, Тютчев, Блок. В более зрелом возрасте – Пушкин, древнерусская литература, много иностранной, еще больше ХХ века, эмигранты. Проза: Пушкин, Гончаров, Шмелев, немного Бунин, Шергин, Рубцов, друзья-«деревенщики»… Но все перекрывает Священное Писание.


– В одной программе Вы сказали: «Когда работать не хочется, я себя за шиворот сажаю...». А какая атмосфера Вам нужна, чтобы хотелось писать? Прекрасный вид за окном, любимая музыка или иное что?

– Это, скорее всего, я сказал в отношении обязаловки – написания того, что душу не греет: какой-то документ, письмо, рекомендация, отзыв, предисловие. Не хочется писать, а надо: сроки поджимают, кого-то подвожу, кому-то обещал... Тут вот и приходится себя хватать за шиворот и усаживать на стул. Но ведь не на электрический. Написать, да и забыть.

А что помогает? Все может помогать: и музыка, и вид за окном, и, особенно, долгие прогулки, но главное из главных – спокойное состояние души. Это радость – писать. Радость, увы, скоропреходяща. Но ведь была, но ведь, даст Бог, и еще будет.

Помню, руководил семинаром молодых. Там они перед началом обсуждения встают и делятся, как они «дошли до жизни такой». И один, заканчивая рассказ о себе, сказал: «Писать хочется постоянно». Это очень нас насмешило. Рассказал и Распутину, и Лихоносову (друзья В. Н. Крупина выдающиеся Русские писатели В. Г. Распутин (1937–2015) и В. И. Лихоносов (р. 1936), – примеч. ред.). И долго мы, общаясь по телефону, шутили: «Ну что, писать хочется постоянно?!»

Самое смешное, что я уже давно не как тот молодой, а писать хочется постоянно! Но уже часто не можется.

 
– Какое значение для Вашей работы имеет музыка?

– Огромное! Вообще, надо сказать, когда говорят, что у кого-то нет ни слуха, ни голоса, то со вторым, в применении к себе, я согласен: да, голоса нет. Только петь со всеми «Символ веры» и (как вчера на панихиде) «Со святыми упокой». Но что касается слуха... Как же у меня нет слуха, когда я помню огромное количество музыки? Даже я как-то составлял программу звучания музыки при прощании со мной (экое кокетство!), выбирал части из «Итальянского каприччио», Калинникова, «Пятой» Бетховена, Вагнера, Глинки. Но это давно…

У меня долгие годы, еще с того века, всегда включена волна «Орфея» – радио классической музыки. Увы, сейчас «Орфей» спустился в ад – реклама и сюда пришла. Какой позор! Оправдываются, что им жить надо, но они же на дотациях… А второе радио – «Радонеж», оно вообще живет только на народные копеечки и до рекламы не опускается.

Так вот, многие работы писал в прямом смысле под музыку. В 70-е, например, под Тома Джонса. Сейчас вот Вангелис «Завоевание рая», еще ранее – многое из Свиридова, Гаврилина, всегда советские песни детства и юности. Та эпоха была же не глухонемой, а озвученной песнями свершения. В памяти всегда застольные песни, опять же из жизни семьи. Отец знал их множество, особенно ямщицких. По дедушке отца я из ямщиков. Ради шутки однажды сказал, что маленького меня, чтобы не упал, клали в хомут...

Случайно услышанная при выходе из дома музыка помнится и определяет настроение на весь день. Бывает прилипчивая, назойливая, которую нескоро и молитвой прогонишь, а бывает и щемящая светлая грусть, и маршевая бодрость.

«Кармина Бурана» Карла Орфа (особенно начало) вообще озвучила мою повесть «Люби меня, как я тебя» и театральную постановку.
Был знаком с Георгием Свиридовым, Владимиром Федосеевым, Александром Ведерниковым, Татьяной Петровой, Еленой Мкртчян, матушкой Людмилой Кононовой, Евгенией Смольяниновой, Татьяной Синицыной, – многими.

Может быть, я оттого так люблю музыку, что в детстве меня прямо перевернул фильм «Прелюдия славы». Он, конечно, простенький, сюжет «Золушки», но то, как мальчишка становится дирижером, это волновало и давало силы. Как и «Мартин Иден» Джека Лондона.
 

Писатель – человек сострадательный: Беседа с известным православным автором В.Н. Крупиным о жизни и творчестве– А бывали у Вас моменты отчаяния, неуверенности в себе?

– Еще бы! И доселе так. Оттого и дороги одобряющие отзывы читателей. Но вот что скажу: при отчаянии руки не опускались. Основная причина таких настроений – отказ напечатать, издать, поставить... Всегда воспринимал без паники. Не сказали же, что я бездарен, что это не нужно. Говорили: начальство не пропустит, цензура. Отчаяние бывало от безденежья. Да и то временное.

Неуверенности в себе не было: ну, не получилось на этот раз, куда денешься, значит, пиши другое. Но не переделывал никогда по указке. «Старик, надо найти форму высказывания». А это трусость – найти форму. Всегда спокойно говорил: «Переделывать не буду, лучше не печатайте».

С юности любил восточную пословицу: «Не приходится бояться, если пошел на тигра». А любой замысел – это зверь, которого надо победить. Не убить, а взять в плен и выставить на обозрение. Кто полюбуется, кто и домой возьмет. А кто и мимо пройдет.

 
– О Вас много писали – и хвалили, и ругали. Как Вы к этому относитесь?

– У меня ощущение скрытой ко мне враждебности от «братьев-писателей»; конечно, не от всех, но есть. Много лилось на меня грязи, и в том, и в этом веке, в основном напраслины. Но, с одной стороны, на каждый роток не накинешь платок, с другой... Да другой уже и нет – уже совет «хвалу и клевету приемли равнодушно» усвоен мною и принят к исполнению. Помню, меня возмутило отношение какого-то критика к Распутину, я сказал, что напишу опровержение, но Валя решительно воспротивился: «Не надо». – «Но это же наглая ложь!» – «Ну и что? На такие случаи надо вырастить на себе слоновью кожу, ее не прошибешь». 

Ругали, хвалили – что с того? Книги бы читали.

 
– В Ваших произведениях людям нравится смелость, с какой Вы пишите о том, о чем принято умалчивать. Например, о еврейском вопросе.

– Смелость, Вы говорите? Слышал я о своей смелости, какая смелость? Да я трус первостатейный, змей боюсь (в детстве на сенокосе испугался), а сказать смело – это что? Я же говорю всем известное, тут вся заслуга – сказать вслух. Я и говорю: «Это же правда!» А за правду и пострадать полезно.

А о евреях писать зачем? Они сами только о себе и пишут и рады всякому упоминанию. Любому. Они же другими не станут. Где-то у меня был рассказ, но неоконченный – «Боря из Хайфы», очень давно начатый, а и искать уже неохота. Интересно, что в Русском писательстве огромная традиция писать о евреях. Есть и целые книги – например, «Евреи и жиды в Русской истории». И кого они в чем убедили? Евреев в чем-то убедили? – Нет. Дали жвачку для разговоров, но уже и она жевана-пережевана. Пиши о них, не пиши – все равно будешь антисемитом, потому что это приставка к званию Русского писателя. Распутин вообще тему еврейства не трогал, а жил с клеймом антисемита. Отлично помню эти крики конца 80-х – начала 90-х, даже плакаты на митингах: «Антисемита Распутина – долой из президентского совета!»

Фашистом и антисемитом и меня обзывали. И что? Неоклеветанные не спасутся. Вспомним Писание: блаженны вы, егда поносят вас. Так что злословящие меня – меня спасают. В духовном плане клевета на кого-то переходит на авторов клеветы.
И вообще, зачем мне еврейские вопросы, когда и Русских за глаза хватает?


– Сейчас у нас в литературном творчестве высок уровень профессионального владения сюжетом, построения фразы… Но по каким критериям, на Ваш взгляд, определяется настоящий писатель?

 – Каким должен быть Русский писатель? Православным, любящим Россию, землю, служащим Богу и людям. У нас, к сожалению, писателями считают умеющих писать, сочинять сюжет, пугать ужасами. Ну да, это писатели, но они не Русские. Пусть и на Русском языке пишут. У них книги умирают быстрее, чем сами авторы.

А сюжет, что сюжет? Это (по Монтеню) ходули, которые нужны слабому писателю. У Достоевского какой сюжет? Нынешние школьники не понимают «Преступления и наказания». Какие мучения, какая совесть? «Замочил» старуху, да и пошел с ребятами в «кинуху». А в «кинухе» то же: весело «мочат» уже дичь покрупнее. В интернете, во всяких ютубах, опять же «мочат». Что в этой мокроте выведется? Какие инфузории-туфельки? Какая вырастет жизнь?

Уже давно меня поразило крохотное, секунд на 40–50 кино. Именно кино, я не оговорился: американские летчики на аэродроме заказали кофе, и тут одному приказ на вылет. Прыгает в кабину. Взлет. Выходит на цель: деревня, дети (видимо, Вьетнам), нажимает гашетку. Бомбы, взрывы, пожар. Летчик возвращается, садится с друзьями за столик. Официантка приносит ему заказанный им кофе. Конец фильма.

Это сюжет. Это вас ужаснуло? Меня ужасает до сих пор. Это не война для них – электронная игра. В мире выращено гигантское количество безчувственных людей, у которых нет сострадания к чужой боли. Да это и у нас бывало («Сосед, деревня горит!» – «Так это ж не на нашем конце»).

Простите, долго отвечаю. Суммирую: писатель для меня – человек сострадательный. Но и воинственный (нам завещано: своих врагов прощай, с врагами Божиими борись). И талант свой считающий не заслугой за что-то, а обязанностью. Чем гордиться? У нас ничего своего нет. Свое – только то, что при простуде из носа течет (преп. Паисий Святогорец).
 

Писатель – человек сострадательный: Беседа с известным православным автором В.Н. Крупиным о жизни и творчестве– А будь Вы иностранцем, какую загадку России хотели бы разгадать в первую очередь?

– Ее феноменальную живучесть, выживаемость. Это птица Феникс. Кажется, все – погибла, пропала, продана. И вдруг в народе взмывает какое-то необъяснимое чувство любви к Родине, Отечеству, державе, к земле, отеческим могилам, откуда-то берется сила, жертвенность. 

Сейчас тревожнейшее время, ибо накинута на Россию уже даже не паутина, – глухое покрывало, под которым задыхаешься, нечем дышать. Надежда вся только на Бога. Иностранцам это трудно понять, оттого они считают нас унтерменшами (от нем. untermensch – недочеловек, – примеч. ред.). Так им легче жить. Есть в покрывале какие-то отдушины, около которых держимся и дышим.
 

– На вид Вы производите впечатление человека здорового во всех смыслах, но я знаю, что Вы не просто болели, а перенесли пять операций под общим наркозом...

– ...И еще жив! Значит, нужен Богу. Болезни мне были очень нужны…

Смотрите, как неистово занимаются своими телами и молодые, и старые, сколько гробится времени и средств для так называемого «поддержания в форме». Это поддержание искусственно, а искусственное ни в науке, ни в культуре многого не свершит.

Я так давно живу, что легко вспоминаю всякие препараты и лекарства, которые якобы служили исцелению и все дорожали, разоряли людей – и где они? Что ж не исцелили? А того чудней всякие виагры якобы для мужской силы. Зачем? Для чего? Для удовольствия? А оно зачем? Для радости жизни? Но ты же все равно помрешь, а с виагрой еще и быстрее.

Не очень весело я отвечаю на вопрос, но так оно и есть: болезни нужны, это милосердие к человеку. Вспомним несгибаемых Русских старух: «Ой, давно не болела, Бог, видно, меня забыл». В болезни ты ближе к Богу.

А по нашим больницам – иди походи. Да запишись, да приди не вовремя, да копеечку, и очень изрядную, приготовь. А что, например, мне говорят врачи? «Что вы хотите? Возраст». Нет уж.

И еще почему-то упорно изгоняют современные врачи самолечение. Это их лишает заработка, поэтому. Но если есть проверенные временем (веками!) лекарства народной медицины, если есть друг семьи – православный врач, куда лучше?
 

– У Ф. М. Достоевского в романе «Идиот» дана формула его счастья (цитирую по памяти): «Неужели можно быть несчастным? О, что такое мое горе, моя беда, когда я в силах быть счастливым?.. Посмотрите на ребенка, посмотрите на Божью зарю, посмотрите на дерево, как оно растет, посмотрите в глаза, которые смотрят на Вас и любят Вас...». А какова Ваша формула счастья?

– Да то же самое. Как можно быть несчастными: в России живем, с утра завтракали и на ужин что-то есть. И ботинки тоже есть, пусть и рваные, но есть же. Ведь все несчастья от жадности, от зависти. Но, милые мои, пока вы недовольны жизнью, она проходит. Кабы их десять было, жизней. А одну как жить? Утром проснулся: слава Тебе, Господи, я в России. Засыпаешь: слава Тебе, Господи, я православный, я со Христом! И причащался недавно, и еще, даст Бог, буду. Выше этого счастья ничего нет и не будет. Неужели кто-то променяет Причастие на «Мерседес»?
 

– Это так, но многие променяли бы, наверное… 

– Но что нам до многих? И когда истина была у многих? Она всегда у малого стада. В него бы попасть, да из него бы не выпасть. Есть корабль спасения в море житейском? – Есть. И с него все время спасательные круги летят. Хватайся за них. Но, чтоб схватиться, надо руки освободить от всего, за что в мире ухватился. А это трудно. 
 
Писатель – человек сострадательный


– А как Вы ощущаете понятия ада и рая?

– Не осмелюсь говорить о рае. Рай описан множеством людей, побывавших в нем. Апостол Павел был «восхищен» до седьмого Неба и только то и сказал, что невозможно рассказать о том счастье, которое Господь приготовил любящим Его. Того и глаз не видел, и ухо не слышало. И, конечно, вспомним величие заключительных глав Откровения апостола Иоанна, Апокалипсиса. Рай – это новый Иерусалим, не выстроенный на земле, а принесенный с Неба. Улица города – чистое золото, как прозрачное стекло. Ничто нечистое не войдет в него, ворота его не будут запираться днем, а ночи там не будет (Откр. 21, 21, 25).

Тут остановимся, вздохнем в чаянии робкой надежды и обратимся к теме, окружающей нас, т. е. к аду. Вот его я ощущаю: в аду живем. В полном смысле в аду. Не на самом дне, но уже порог перешагнули. Проститутки, гомосексуалисты в фаворе, богатство как честь, бедность как порок, разврат и пошлость – норма, вранье как доблесть, власть покупается, земля продается, убийство стариков под видом избавления от страданий поощряется, в школе специально выращивают придурков, история оболгана и обгажена, литература – последний предмет, учащий любви к Родине, – изгоняется из школы, и все покрывается жеребячьим ржанием над всем святым... Атеизм коммунистов сменился сатанизмом демократии.

А вот еще образ ада: сверкающие интерьеры банка, дорогие картины, кресла, вышколенные швейцары, культурные, четкие чиновники, лаковые девицы – вот слуги ада. Их инструменты погружения людей в бездну: ипотека, ссуды под проценты, займы, вежливая процедура обанкрочивания, – разве не ад?

Но есть утешение. Да, это ад, но все-таки не окончательный, пока земной. Из этого ада можно вырваться. И нужно! Покаянием, Исповедью, постом и молитвой. Другого способа нет. Все перепробовано.

Что касается ада настоящего, он тоже стократно описан. Он страшен! Он для грешников неизбежен.
Спаси нас, Господи!
 





СЛУЖИТЬ БОГУ, ЛЮБИТЬ РОССИЮ И ЗАРАЖАТЬ ЭТОЙ ЛЮБОВЬЮ ЧИТАТЕЛЕЙ: 
В.Н. Крупин о духовности культуры + Письмо школьницы

2018-02-25.jpg
Портрет В.Н. Крупина.
Худ. В.Г. Харлов

«Восстановите духовность культуры!» – с таким призывом обращался к деятелям культуры и искусства подвижник нашего времени приснопамятный митрополит Иоанн (Снычев). Владыка замечал: «Сегодня, когда на обломках нашего великого Отечества правят бал лицемерие и корысть, предательство и подлость, политиканство и вседозволенность – особую ценность, особую значимость приобретает любая попытка противостоять творимому злу, отстоять Великую Россию, возродить Русскую душу во всей ее благодатной полноте и духовой красе».

Всероссийский пастырь сокрушался: «Процветает пропаганда порока и насилия, космополитизма и антипатриотизма, русофобии, безнравственности и патологического индивидуализма. Забыты и отброшены тысячелетние духовные традиции великой Русской культуры: соборной, державной, одновременно смиренной и мужественной, милосердной и отважной, кроткой и героической. При этом особенно печально сознавать, что значительная часть российской интеллигенции, развращенная десятилетиями богоборческой диктатуры, совершенно утратила нравственную чуткость и связь с многовековыми народными святынями, предпочитая поклоняться золотому тельцу коммерческого успеха да идолу самообожающей гордыни».

В этих условиях святитель призывал к возрождению «мудрого и благочестивого искусства, которое опиралось бы не на сребролюбивую западную масскультуру, не на пошлые стереотипы общества потребления, но на вечные истины Божии, гласящие: „Блаженны алчущие и жаждущие правды… Блаженны миротворцы… Блаженны чистые сердцем…“ (Мф. 5, 6, 9, 8)».

Он был убежден: «Я верю, что Русское сердце живо. Что общими усилиями мы вместе сумеем одолеть напасти, обрушившиеся на Святую Русь со всех сторон. Что молитвами всех святых, в земле Российской просиявших, Господь помилует наше многострадальное Отечество и даст Русскому народу душевные силы, потребные для того, чтобы жизнь его обрела высший, непреходящий, вечный смысл».

Продолжая тему духовности и культуры на страницах «ПК», предлагаем к прочтению новую заметку нашего автора, известного православного писателя В. Н. Крупина, а также воодушевляющее и вселяющее надежду письмо Владимиру Николаевичу от 13-летней школьницы.

Эта статья написана специально к Съезду писателей России, который состоится на праздник Сретения Господня. О Союзе писателей идет много разговоров, часто весьма нелестных для писателей. Значение Союза почти незаметно в теперешней жизни. Это прискорбно: художественная литература всегда была для России определяющей общественное сознание. Конечно, есть и привходящие причины, но, как говорят Святые Отцы, во всех наших несчастиях виноваты прежде всего мы сами. Будем надеяться, что учительная роль Русской литературы не утрачена. И что она вернет себе необходимейшее место в духовном посредничестве меж жизнью обыденной и церковной.

Есть какие-то похожие на заклинания выражения в писательском обиходе. Например: «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда». Но я, например, не знаю и знать не хочу. Имеется в виду, надо понимать, сор жизни, его отбросы. В переводе: вот была пьяная ночь разврата, но в стихах мы ее изобразим волшебной, чарующей. Так что ли?

У Блока – того чище. В пересказе: «Космос как порядок, гармония, хаос – разрушение. Из хаоса вырастает гармония». Но это даже не красивость, претензия. То же, что уверения, что возникла жизнь из первичного космического бульона. Или – от всяких живых клеток, инфузорий-туфелек, которые развились, увеличились, стали обезьянами, полезли на деревья, потом спрыгнули, хвост отпал, они от радости заговорили и поехали в античность. А далее – по тексту.

Что угодно будут говорить идеологи обезбоженного мира, лишь бы доказать, что не Господь сотворил видимый и невидимый мир, что жизнь на Земле обошлась без Него. От этих теорий эволюции возник фашизм. Как? Ну, если человек от обезьяны дошел до человека, то надо идти дальше, к сверхчеловеку. Но кто-то пойдет, а кому-то и не дадут, надо же сверхчеловекам обслугу. Нас, славян, как раз в нее записывают. А это уже фашизм. Уже бывали всякие теории расовой чистоты, уже звучали гитлеровские лозунги: славяне – удобрение для немецкой нации.

Но что с Гитлера взять, не сам до такого додумался. У Гегеля учился. Который – икона для марксо-лениных. Гегель считал славян неисторической расой, определенной на духовное рабство.

Но то немцы. А как культурные англо-саксы? Вот они, вот их идеолог Марк Твен: «Мы – англо-саксы. А когда англо-саксу что-то надо, он приходит и берет». Маугли у Киплинга, выросший среди зверей, исповедующий законы звериного царства, куда благороднее людей.

Ссылок достаточно, чтобы определить главную задачу Русского писателя. Как он может смотреть на то, что люди российские обмануты всесветной ложью безбожия? Что мир якобы не сотворен Господом, а возник из какого-то взрыва? Дикость. Поверившие в эту дикость уже сами творят взрывы, от которых сами же и гибнут.

Главная задача Русского писателя – служить Богу, любить Россию и заражать этой любовью читателей. И они потянутся именно к такому писателю. Никто не отменял высшее звание писателя – это защитник народный. Господь дает талант слова для служения этим словом Отечеству. И такие писатели есть сейчас и работают. Ничтожны тиражи и гонорары, а то и вовсе их нет, но лучшие писатели сердцем чувствуют: люди ждут от них слово правды. Но в силу двух причин влияние писательского слова на жизнь в России в последние годы резко упало. Первая причина внешняя – грязь, которая льется на Союз писателей, убавляет к нему уважение. И вторая, внутренняя – неурядицы в самом Союзе писателей. Сейчас он уже стал притчей во языцех. Для обывателей. И недоумением – для властей. Что слышно о нас: дележ собственности, разборки, и при этом барабанный бой объявления все новых и новых классиков.

А, может, они и есть? Хорошо бы. Но мы же в России. А в России писателю надо вначале умереть и подождать лет 15, тогда только более-менее начнет проявляться его значение. А оно в главном: что он такое для России. Как он ей служил? А служить России – это прежде всего служить Богу.

И, конечно, мы – пишущие старики – смотрим на вслед идущих с тревогой и надеждой. Нам было трудно, но нынешней нашей смене многократно труднее. Смена поколений была всегда, неизбежна и сейчас. Но доселе она была, в основном, традиционно-нормальной. Мы подпирали фронтовое поколение, нас подперли вслед идущие. Но идущие теми же путями, что и мы, что и фронтовики. Исповедующие те же нравственные устои общества: любовь к Отечеству, целомудрие, честность. И это объединяло сердца писателей и их читателей.

А сейчас началось время разноголосицы и сумятицы. Идущие за нами уже не подперли нас, элементарно отодвинули и поперли. Количеством написанного завалены не только полки магазинов, интернет, но и умы. Это количество растет и будет расти, ибо производство ноутбуков множится, писать становится все легче, массовый читатель пошел невзыскательный – чего не писать. Сейчас все массовое: вранье в политике, похабщина в театре, пошлость в телевизоре… В общем, время цифры.

Цифровое поколение. Понимает ли это поколение, что количеством в литературе ничего не возьмешь? В литературе все определяет качество текста и чистота убеждений. Да, раз в сто сократилось число читателей. Самое малое. Фактически это всероссийская катастрофа культуры. Но мы, благодаря запасам классики, выжили! Сохранилось же малое стадо настоящих читателей? Да. Понятие «малого стада» взято из Священного Писания. Истина – не в толпе, а в тех, кто идет за Христом. И им сказано Господом: «Не бойся, малое стадо!» И чего нам бояться: мы же в России!

Малое стадо. Оно-то не дает совестливым писателям уменьшить требования к себе, писать левой лапой, спустя рукава. Таким писателям надо держаться, они – преданные служители слова, последняя надежда на то, что нравственный свод над Россией не рухнет на головы. А если еще в теперешнее тревожнейшее время писатель будет склочничать, рваться к власти, то и данный ему Господом талант Господь же и отнимет. Время Апокалипсиса отодвигается молитвой, вот и надо и самому идти, и читателей вести к Богу. Высокая цель возвышает чувства, очищает душу. Душа-то безсмертна. Тело сгниет, а ей отвечать.

Живем в последние времена. Но с чего тут паниковать? Последние времена начались с момента Вознесения Господа с Елеонской горы. И о них всегда справедливо говорили, что они неизбежны. Что же их отодвигало? Праведная жизнь, молитвы, Исповедь… Нет этого, не умываемся слезами покаяния – умоемся кровью. И Распутин, и Белов – великие страдальцы за Русь Святую. Они всегда исповедовались и причащались. Как и Солоухин. Представим, что они сейчас с нами. Да так оно и есть. Живы их книги, и они живы. И с ними возвращаются великие слова: «Господь», «совесть», «любовь», «Родина», «земля родины», «жертвенность», «радость друг за друга». Тут не место словам: «зависть», «жадность», «славолюбие», «сребролюбие».

Спросим себя: а наши книги переживут нас? Этого я не знаю. Но наши предшественники – нам пример. И тем пример, кто идет за нами, на кого оставим нашу, ставшую одинокой в мире Россию. Вспомним завет преподобного Серафима: прежде всего спасать свою душу, и тогда около тебя тоже спасутся. Это и к России относится.
 

+ + +

«ВСЛЕД ИДУЩИЕ»
Письмо писателю В.Н. Крупину 
от ученицы 7-го класса

2018-02-25.1.jpg 
Автор письма

Дорогой Владимир Николаевич, я участвовала в конкурсе детских сочинений имени Ивана Шмелева «Лето Господне». Мне кажется, что вы, как писатели, очень похожи. И вот, я написала свою работу о Вас в форме письма.

С раннего детства помню Вашу светлую улыбку. Мы прогуливались с мамой недалеко от Вашей дачи – маленькой, загадочной, похожей на кораблик в тихой гавани! Вы всегда приглашали на чай – или с вятским малиновым вареньем, или с вятским медом. У порога терлась о ноги ласковая серая кошка – Ваша любимица! Вашей любви хватает на всех – даже на кошку! От порога до кухоньки – несколько шагов по домотканным цветным половикам. Помолившись, мы садились за стол. Мне навсегда запомнился белый рассыпчатый монастырский хлеб, которым Вы нас потчевали! Он казался вкуснее и душистее печатного пряника! Меня поразило Ваше святое бережное отношение к хлебу:«Нельзя выбрасывать даже маленькую крошечку», – сказали Вы. А еще – запомнила на всю жизнь: «Бросишь хлеб – и он тебя бросит»…

Вы все мое детство дарили нам сказочные подарки – свои книги с автографами (почерк очень похож на Вас, Владимир Николаевич, – динамичный и веселый), синие маленькие лапоточки, бусики, вятскую глиняную свистульку и сладости, но самый большой подарок – это дружба с Вами!

Вы – седой дедушка, а у Вас душа ребенка. Вы так стремительно движетесь и, хотя быстро-быстро говорите, но все очень понятно. А как заразительно громко смеетесь! Помните, мы с Вами и Вашими внуками играли в индейцев и прятались в вигваме, который Вы сами соорудили, как вождь краснокожих? До сих пор при виде чего-то необычного Вы испытываете озорство, которое свойственно только детям. Обычно взрослые ходят такие важные, решают собственные проблемы; ведь и у Вас тоже проблем достаточно – не только своих, но и чужих, однако Вы не потеряли радость жизни и стараетесь поделиться этой радостью! Как же мне нравится играть с Вами в словесные игры или босиком мчаться по шелковистой траве! В эти мгновения я вспоминаю Ваш рассказ «Босиком по голубому небу» и представляю скачущего вприпрыжку по цветущему льну мальчика, у которого «только пятки мелькают».

Вы – один из тех, кто научил меня любить Родину. Ваша «Богом спасаемая земля» – это милая Вятка, которую Вы воспели с сыновьей нежностью! В «Вятской тетради» Вы написали: «Лучшее место Вселенной – Россия. Лучшее место России – Вятка… Еду сюда как писатель, чтобы слушать язык, родной говор…» Для меня большая загадка – как Вы сохранили этот говор, ведь уже более 50-ти лет Вы живете в Москве! Вот бы мне попасть на Вятку, чтобы насладиться запахами Вашего детства – сенокоса, колосьев, костра, речки, печеной картошки, сушеной малины… Эх, отведать бы ее! В одноименном рассказе так заманчиво Вы о ней пишете! «У нас в детстве это были такие тоненькие темно-красные лепешечки. Взял их в руки, вдохнул родной запах целебной ягоды, ощутил аромат лесных полян, на которых собирали ягоду малину». Вот бы попробовать вятской родниковой воды, окунуться в сверкающую реку Лобань, и тогда «все боли, все обиды и скорби, все мысли о плохом исчезнут навсегда в такие минуты. Только воздух и небо, только облака и солнышко, только вода в берегах, только родина во все стороны света, только счастье, что она такая – красивая, спокойная, добрая». Мне кажется, Вы описываете не реку Лобань, а верховья реки Урал – я гостила у бабушки с дедушкой на Южном Урале и, забравшись на гору, читала Ваши книги и узнавала в увиденном картины Вашей Родины. Позже я узнала, что Вятка – это Предуралье, – значит, я побывала на краешке Вашей земли! Когда купалась в реке, думала, что Вы – счастливый человек, ведь в Вашем детстве реки были чистыми, и можно было «накупавшись, макать пряники в воду и есть на спор, кто быстрее съест» (повесть «Дымковская слобода»). Как же это вкусно, наверное!

Владимир Николаевич, не так давно у Вас вышла новая книга «Большая жизнь маленького Ванечки». Спасибо за царский подарок! Сегодня я взяла в руки эту красочную добрую книгу, вдохнула вкусный запах ее страниц, буду читать с радостью! Младшая моя сестра – Мариша – первая ее прочитала (у нее в школе не такие нагрузки) и сообщила, что даже зимой теперь полакомимся «арбузом» «дедушки Володи» – герой этой книги Ваня намазывал мед на огурец – по вкусу это напоминает настоящий арбуз! Мы так и сделали – а ведь и точно: арбуз, да еще и без косточек!

Мне кажется, Ваши произведения интересны и маленьким, и взрослым, ведь каждый Ваш рассказ – это глоток чистой родниковой воды. Иногда так грустно бывает, а распахнешь Ваши книги – и легче становится жить. Плохое уходит, а хорошее усиливается. И в обычном находишь светлые и чудесные моменты!

У Вас, как у Шмелева, с огромной любовью говорится о Боге, о Его присутствии в нашей жизни.

Всегда очень жду встречи с Вами! Конечно, Вы очень заняты, у Вас много выступлений – то на Вятке, то в Хабаровске, в Иркутске, в Евпатории, в Вологде, Ярославле, Ташкенте, но мы подкопили еловых шишек и березовых прутьев – вот бы у Вас выдался денек, Вы бы снова разожгли костер в нашем лесу! Обычно Вы это делаете с азартом, огоньком в глазах – наверное, сказывается, что Вы – сын лесничего! Приезжайте, будем пить чай с травами и малиновым вареньем!

Крепкого Вам здоровья, сил и тепла!

Ваша Таня Воронова


___________________ 
* Дорогие отцы, братья и сестры! Газета «Православный Крест» – одно из немногих замечательных изданий в море секулярной прессы, которое рассказывает о событиях прошлых и нынешних дней с православной точки зрения. Это некоммерческое издание, существующее на средства пожертвователей (трудятся в ее редакции также во славу Божию). 
   Для множества православных из глубинки и не имеющих интернета печатная версия газеты, выходящая 2 раза в месяц, является практически единственным источником актуальной и взвешенной информации. А у многих подписчиков не хватает средств к полноценной оплате (700 р. за полгода). Поэтому мы призываем оказать посильную финансовую поддержку редакции и ее читателям. 
   Телефон редакции: 89153536998.
   

См. также:






поделиться новостью в соц сетях:

<-назад в раздел

Видео



Документы

Духовенство и народ против электронного концлагеря: В Общественной палате единодушно осудили глобалистские законы (+ВИДЕО)

В Общественной палате России 13 февраля 2018 года состоялся круглый стол на тему «Сквозная идентификация и информационная безопасность общества». Правительство и Банк России разрабатывают предложения по внедрению так называемого «сквозного идентификатора», объединяющего все данные о физических лицах....


От Екатерины Великой до Instagram: П.В. Мультатули об истории масонства в России

В начале февраля 2018 года издание «Афиша Daily» обратило внимание, что масонская Великая ложа России представлена в Instagram. Ведет аккаунт «великий магистр» Андрей Богданов, кандидат в президенты на выборах 2008 года. Он пытается представить масонство невинным филантропическим клубом. Но так ли это?..


Единоверие – это та же уния: У старообрядцев, обновленцев и экуменистов одна цель

Единоверие ведет в определенном смысле к единению. Но к единению отнюдь не с полнотой Православной Церкви Христовой, а с раскольническими самочинными сообществами на основе их общих заблуждений. Ни одна уния не может устоять в Истине. Как могут чада одной Церкви держаться разных Символов Веры?..


<<       >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 1 2 3 4
Фотогалерея
Полезно почитать

«Пепел Царя стучит в мое сердце»: Прот. Алексий Успенский о необходимости возвращения к идеалу «Русской симфонии»

...Во время оно иудейский народ криком «распни!» – предал на казнь своего Мессию. До сей поры народ этот не готов осознать содеянное. В подобном положении находится сегодня и народ Русский в отношении своего убиенного Самодержца. Оба эти преступления отмечены участием архиереев...


Мы снова призываем к соборному покаянию: Известный пастырь о главной духовной задаче 2018 года

...Покаяние должно быть соборным, всеобщим. По всем монастырям и приходам. Чтобы за каждой Литургией каялись и молились, просили Господа вернуть нам Государя. Чтобы уже сейчас каждый осознал, что никакие выборы и демократия нас не спасут. Наш путь – только соборное покаяние и соборная молитва. И начаться...


Наша победа – в единстве: Беседа с молодым художником Владимиром Киреевым, автором исторических картин

Посещая художественные музеи и приобщаясь к нашему великому культурному наследию, зрители порой размышляют: «Почему же сегодня, никто не создает таких гениальных картин, не пишет шедевров? Может, перевелись таланты на Руси, или система обучения совсем развалилась?..» Но, наверное, каждый человек, имеющий...



Rambler's Top100